Такое парадоксальное развитие иллюстрирует история ФБР и его директора Джона Эдгара Гувера. В 1870 году было основано Министерство (Департамент) юстиции, в обязанности которого входили упрочение законности и борьба с преступностью, включая и преступления, направленные против Соединенных Штатов. Но у него не было в распоряжении своей полицейской силы. Следуя модели государственно-частного партнерства, американские президенты до Теодора Рузвельта и Министерство юстиции под их руководством полагались на частную компанию – Национальное детективное агентство Пинкертона – как на своих полицейских, а иногда и как на своих шпионов. Рузвельт, осуществляя политику более широкого государственного строительства, решил создать федеральную полицию. В 1908 году его генеральный прокурор, Чарльз Джозеф Бонапарте, обратился к Конгрессу с просьбой разрешить ему создать такую службу и выделить на это средства. Палата представителей решительно отвергла его прошение. Представитель Джордж Уолдо, республиканец из Нью-Йорка, выразил всеобщие страхи, заявив, что такое агентство стало бы «величайшим ударом по свободе и свободным институтам в случае, если бы в нашей стране возникло любое крупное центральное ведомство секретной службы, подобное тому, какое имеется в России».
В любой другой сфере федеральное правительство поступило бы типичным образом – постаралось бы найти такое решение, которое снизило бы озабоченность заинтересованных лиц по поводу своих растущих сил. Но на этот раз произошло по-другому. Бонапарте проигнорировал отказ Конгресса и учредил новое следственное подразделение («бюро расследований») с помощью резервного фонда Министерства юстиции, пока Конгресс был на каникулах. Об этом он уведомил Конгресс позже, уверив его в том, что новое ведомство никогда не станет тайной полицией. Но джинн уже был выпущен из бутылки, а после того как за дело принялся Гувер, обратно джинна было уже не загнать.
В 1919 году Гувер стал начальником «Радикального отдела» министерства юстиции, в обязанности которого входил надзор над «врагами государства». На тот момент Радикальный отдел насчитывал более сотни агентов и осведомителей и мог арестовывать любого обвиненного в подрывной деятельности. При сотрудничестве с генеральным прокурором Александром Палмером Гувер начал составлять обширный список коммунистов, анархистов, социалистов и других деятелей, особенно среди иммигрантов, которых считал подрывными элементами. Сотни были депортированы из-за своих взглядов в ходе так называемых рейдов Палмера, организованных Гувером. В 1924 году Гувера повысили до главы Бюро расследований, и он оставался на этом посту до своей смерти в 1972 году. За это время произошло огромное расширение персонала и влияния бюро, сменившего название в 1935 году на Федеральное бюро расследования. Гувер превратил ФБР в массовую разведывательную службу, неподотчетную Конгрессу, судам и даже президенту. При Гувере ФБР занималось прослушиванием телефонных разговоров тысяч граждан США, отличающихся своими политическими взглядами, включая Мартина Лютера Кинга-младшего, Джона Леннона и Малькольма Икса; непосредственно шпионило за лидерами Советского Союза и Китая (что напрямую запрещено его уставом), и даже дошло до того, что подрывало власть и влияние американских президентов. Высшей точкой скрытной деятельности ФБР стала программа КОИНТЕЛПРО, действовавшая с 1966 по 1971 год, целью которой было наблюдение за различными политическими группами и организациями внутри страны, включая организации против Войны во Вьетнаме, активистов и лидеров движения за гражданские права, различные организации чернокожих и разнообразные левые группировки, большинство из которых не исповедовало принципов насилия; бюро занималось инфильтрацией в эти организации и группы, их дискредитацией и иной нейтрализацией. Именно в рамках этой программы прослушивались разговоры Мартина Лютера Кинга, а сам он подвергался дискредитации и получал анонимные письма, побуждающие его к самоубийству.
Комиссия Черча под предводительством сенатора Фрэнка Черча, которой в 1975 году было поручено расследовать злоупотребления ФБР и других агентств, пришла к заключению, что
