Узы Белого Лотоса полностью

– Братик Бэй так написал мне в первом письме, что я от него получила, – объясняет Сун Фэй. – Я ответила, что тоже люблю соусы, так что раз папа так готовит, то и хорошо.

Цай Ян медленно и неглубоко вдыхает и задерживает воздух в легких. Ло Кай видит, что он изо всех сил старается не заплакать, и смотреть на это в сотни раз тяжелее, чем он себе представлял все это время.

– Цай-гэгэ, – зовет Сун Бэй, и Цай Ян поворачивает к нему голову.

– Что, дитятко мое? – усмехается он. – А как же рассказать сестре, как многому я тебя научил?

– Как прятать, чтобы учитель не заметил, в учебнике картинки с красивыми дев… – воодушевленно говорит Сун Фэй, пока Цай Ян, сделав круглые глаза, не накрывает ее рот ладонью.

– Она шутит, – бросив взгляд на Сун Цин, заверяет он.

Сун Фэй берет его за запястье и, приподняв голову, чтобы высвободиться, продолжает:

– А еще, если мимо проходит девушка с аппетитной…

Цай Ян коротко шипит и снова закрывает ей рот.

– Ло Кай, Ло Кай, как ты мог такому научить ребенка всего за полгода, а? – спрашивает он, глядя на Ло Кая и цокая языком.

– Цай Ян! Хватит перекладывать с больной головы на здоровую! – восклицает Сун Цин, скрещивая руки на груди. – Так и знала, что тебе нельзя доверять воспитание детей!

– Эй! А-Бэй, например, ничего такого не произносит, да, А-Бэй? – снова повернувшись к мальчику, спрашивает Цай Ян.

Сун Бэй улыбается и кивает.

– Да, – говорит Сун Цин. – Не произносит, потому что пишет это в письмах своей сестре.

– Ты привезла эти письма? – спрашивает Цай Ян у Сун Фэй.

– Ага.

– Спрячь и никому не показывай!

Сун Фэй вместо ответа обнимает его за шею. Цай Ян с мгновение растерянно смотрит прямо перед собой, но потом крепко прижимает ее к себе. Он поворачивает голову и, протянув руку, подзывает жестом Сун Бэя. Мальчик с готовностью подходит ближе и, присев рядом, обнимает их обоих.

– Прости, – слышит Ло Кай его тихий голос.

– Ладно тебе, А-Бэй. По-моему, для родителя двоих детей я неплохо выгляжу, как считаешь? – смеется Цай Ян.

– Папа!

– Цай Ян! – рявкает Сун Цин, поднимая глаза вверх и часто моргая, чтобы сдержать слезы.

Когда дети наконец отпускают Цай Яна, к ним подходят Сун Чан и Мао Янлин. Цай Ян поднимается на ноги, а потом куда-то исчезает, хотя Ло Кай лишь на мгновение отвел от него взгляд, когда к его ногам по старой своей привычке притерся Жучок. Похоже, кот был закрыт в одной из комнат, чтобы не мешаться в такой суматохе.

Оставив семью наслаждаться встречей, которой все слишком долго ждали, Ло Кай идет дальше по коридору. Цай Яна он находит в комнате Сун Чана. Он сидит на полу, прижавшись спиной к стене и уткнувшись лбом в согнутое колено.

– Цай Ян.

Цай Ян поднимает голову и смотрит на него. Ло Кай подходит ближе и опускается рядом на колени.

– Ло Кай.

Цай Ян разворачивается к нему и берет его руки в свои. Качает головой и склоняется, прижимаясь лбом к тыльной стороне его ладони. Ло Кай закрывает глаза.

Они сидят так какое-то время. Ло Кай слушает неглубокое дыхание Цай Яна и ощущает его слезы на своей коже, но ничего не говорит. Никакие слова в таких ситуациях не смогут ничего выразить.

– Почему ты помогаешь мне, Ло Кай? – задает вопрос Цай Ян, не поднимая головы.

Ло Кай мягко высвобождает руку из его пальцев. Он обещал себе, что больше никогда и ни за что не будет ему врать.

– Ты мой друг.

Цай Ян вздыхает.

– Это хорошо, Ло Кай, – говорит он. – Это взаимно. – Он все же поднимает голову и смотрит ему в глаза. – Ты столько сделал для меня, хотя мы…

Ло Кай не дает ему договорить.

– Это уже неважно.

– Почему-то у меня ощущение, что я знаю тебя так давно, – произносит вдруг Цай Ян.

Ло Кай кладет руку ему на плечо.

– Это тебе, – говорит он, доставая из кармана небольшую упаковку с карамельками, которую купил в Китае.

Цай Ян вскидывает брови и смотрит на свою ладонь, куда Ло Кай опускает подарок.

– Карамельки-яблочки! – восклицает он, наконец рассмотрев сладости. – Мои любимые! Я так по ним скучал! Ло Кай, но как ты догадался, что я их люблю?

– Один мальчик сказал мне в детстве, что их нельзя вот так держать в руке, иначе они растают, – говорит Ло Кай.

Цай Ян переводит взгляд на его лицо, потом обратно – на карамельки на своей ладони. У него снова дрожит рука.

– Тогда… это был ты?

– Верно.

Время, и без того потерявшее к этому моменты границы, окончательно рассыпается на песчинки.

Цай Ян качает головой, закрыв глаза. Он смеется.

– Ты говорил, что у тебя плохая память, – произносит Ло Кай.

– Только не когда встречаешь ребенка, который не любит сладости, – отвечает Цай Ян, а потом замирает, когда Ло Кай тоже тихо усмехается. – У меня сейчас сердце остановится, – добавляет он, прикладывая ладонь к груди. – Ло Кай, сделай так еще раз.

В дверь кто-то тихо стучит, а потом она приоткрывается, и в щели появляется голова Сун Фэй. Поверх нее в комнату осторожно заглядывает Сун Цин.

– Я же говорила, что они плакать будут, – со знанием дела заявляет девочка, подняв взгляд на тетю.

Цай Ян улыбается и машет ей рукой.

– Никто не плачет, иди сюда.