– Тебе сюда еще нельзя, – говорит он, судя по всему, Сун Чану. Больше дома никого нет, кроме Жучка, который настолько обижен за то, что ему не разрешили поспать у Ло Кая на коленях, что вряд ли придет, даже если позовут.
– Я знаю, – мирно отзывается Сун Чан за дверью.
Цай Ян успел за это время похвастаться Ло Каю, что решил не пускать его в эту комнату до того момента, пока все не будет готово. Хочет сделать сюрприз.
– Что такое? Голова? – голос Цай Яна становится взволнованным.
– Нет-нет, все в порядке, – заверяет его Сун Чан. – Просто я хотел спросить тебя, когда ты планируешь брать билеты.
– А?
Ло Кай откладывает пакетик с болтами и другими запчастями для шкафа и поворачивается к двери. Фигура Цай Яна, которую он видит только сбоку, кажется напряженной.
– Эм… В Камакуру. Ты же говорил А-Бэю, что мы поедем на океан в эту субботу, – говорит Сун Чан.
–
Сун Чан по-прежнему находится за дверью, хотя ее больше никто не держит. Она так и остается слегка приоткрытой.
– Ты столько работаешь, неудивительно, что ты забыл, – утешает он Цай Яна. – Давай я поищу билеты?
Цай Ян убирает руку от лица и усмехается, на этот раз не ударяясь, а только прислоняясь затылком к стене. Он поднимает взгляд в потолок.
– Да, конечно, будут сейчас билеты. С такой теплой погодой в субботу…
– Я могу вас отвезти, – говорит Ло Кай.
Цай Ян вскидывает брови.
– На чем?
– На машине.
Цай Ян недоверчиво смеется, но потом перестает, когда понимает, что Ло Кай говорит совершенно серьезно.
– У тебя здесь машина?
Ло Кай вздыхает – совсем как сегодня утром, когда Цай Ян давал ему послушать звук дверцы этого несчастного шкафа.
– На арендованной, Цай Ян.
Океан… Несмотря на то, сколько они с братом путешествуют по работе, он много лет не был на океане.
От Токио до Камакуры – всего час езды. Дорога проходит вдоль рисовых полей и нескольких небольших деревушек, жизнь в которых кажется такой размеренной и медленной по сравнению с Токио.
Ло Каю нравится водить машину. Это очень успокаивающее и приятное чувство, что ты полностью контролируешь ситуацию, хоть оно и весьма иллюзорно. Особенно сейчас, когда рядом без конца крутится на пассажирском сиденье Цай Ян, который то и дело оборачивается к Сун Бэю и Сун Чану, чтобы обратить их внимание на что-то за окном. Ло Кай время от времени бросает на него взгляд.
Хорошо, что он снова такой же веселый и беззаботный, как в их первую встречу. Правда, теперь Ло Кай знает, что этому нельзя до конца доверять. После ночи на Ицукусиме Цай Ян был задумчивым и вел себя довольно странно, а на вопросы отвечал уклончиво. Память Ло Кая после выпитого случайно сакэ оказалась крайне избирательной: он хорошо помнил то, что рассказал ему Цай Ян о своей проблеме и предложении Мао Янлин забрать на время Сун Бэя в Китай, но совершенно не помнил, что произошло после того, как услышал все это. Он что-то сказал или сделал не так? На обратном пути после посещения с детьми Парка Мира в Хиросиме Цай Ян сидел в синкансэне, глядя в окно, и время от времени поглаживал ладонью волосы задремавшего на его плече Сун Бэя. Несмотря на то что с виду он был полностью спокойным, Ло Кая не покидала тревожная мысль. Цай Ян казался ему… уязвимым.
Честно говоря, до сих пор кажется.
Камакура – маленький городок на побережье Тихого океана – после шумного и многолюдного Токио выглядит тихо, как спокойное озеро по сравнению с бурной горной рекой. Осень так и не вступает в свои права, и дни стоят жаркие, солнечные. Цай Ян без конца требует, чтобы Сун Бэй надел кепку, но мальчик отказывается, потому что в ней жарко. Когда Ло Каю окончательно надоедает этот спор, он обходит идущего рядом с ним мягко улыбающегося Сун Чана и раскрывает над Сун Бэем свой зонтик от солнца. Цай Ян только фыркает и отворачивается, но это не мешает Ло Каю заметить играющую на его губах веселую улыбку. Может, он и умеет быть строгим, но нрав у него мягкий – пусть и только в отношении тех, кого он любит. Порой этого более чем достаточно.
Они добираются до океана пешком, чтобы немного пройтись по поселению. Прибрежная Камакура застроена частными домами и коттеджами с маленькими и ухоженными садами. Мощеные дорожки петляют между ними, уводя все ниже и ниже к океану, который до самого конца скрывают высокие парапеты набережной и поросшие зеленой травой холмы.
Сун Бэй восторженно выдыхает, когда перед ними открывается вид на бухту и песчаный пляж. Ло Кай сразу понимает, что, пусть им и повезло с погодой, океан в этот день очень неспокойный – высокие волны с белеющими гребнями разбиваются о берег с таким шумом, что их слышно даже с довольно большого расстояния.
