Цай Яна, кажется, это совершенно не останавливает. Он отменил на сегодня всю работу и сразу заявил, когда они только садились в машину, что сегодня все отдыхают и ни о чем не думают. Хорошее правило в семье, которая никогда не придерживается правил.
Ло Кай сразу располагается на берегу под зонтиком, поставив на колени ноутбук. Отдыхающих не очень много, вопреки опасениям Цай Яна, так как волны в этот день слишком высокие. Вдоль бушующего океана прогуливаются женщины с детьми. У самой набережной большая и шумная семья устраивает пикник.
– Ло Кай! – возмущенно кричит Цай Ян, когда возвращается, переодевшись. – Ты почему до сих пор в брюках?
Ло Кай поднимает на него взгляд.
У Цай Яна худощавая, но очень складная фигура, что очень хорошо видно теперь, когда из одежды на нем – только черные плавки. Забранные в невысокий хвост волосы треплет ветер, и он то и дело отводит их от лица, щурясь от яркого солнца.
– Я планирую немного поработать, – отзывается Ло Кай, отводя взгляд от его бледной кожи.
Цай Ян фыркает.
– Какая работа, мы на океане и… – Он замолкает, а потом буквально подпрыгивает на месте. – Эй! А-Бэй! Куда?! А ну стой!
Сун Чан, усевшийся было рядом с Ло Каем, откладывает бутылку воды, из которой пил, и вытягивает шею.
Цай Ян догоняет уже зашедшего в океан по колено Сун Бэя и хватает его за руку. До Ло Кая его голос доносит ветер, к тому же сидят они не так далеко от линии прибоя.
– Только со мной! – говорит Цай Ян, отводя мальчика туда, где волны уже превращаются в бегущую по песку мягкую пену. – Пошли, я буду объяснять.
Купающихся очень мало. В океане видны лишь штрихи разноцветных досок для серфинга и яркие паруса. Вот кому такие высокие волны только в радость.
Цай Ян еще что-то говорит, и Сун Бэй смеется, цепляясь за его руку, чтобы не упасть, когда особенно сильная волна докатывается до них, успев разбиться совсем рядом. Ло Кай в этот раз его не слышит из-за шума рассыпавшегося брызгами белого гребня.
Сун Чан рядом довольно и длинно выдыхает, открывая привезенную с собой книгу. Он выглядит еще более бледным, чем Цай Ян, потому что очень мало выходит на улицу. Ло Кай думает, что это очень хорошо – что он вот так смог отвезти их сюда. Хоть что-то, что он может…
– Семь секунд, – доносится голос Цай Яна, и Ло Кай снова переводит взгляд на него. – Варианта с такими волнами два: либо прыгаешь, либо подныриваешь. Как только видишь волну, у тебя есть семь секунд на размышление. Если понимаешь, что прыгать нельзя, подныриваешь под гребень. Держись, – говорит Цай Ян и крепко берет Сун Бэя за руку.
Ло Кай чувствует, как сжимается вдруг сердце, и моргает, чтобы сбросить сковавшее его за одно мгновение оцепенение.
– Господин Ло, – зовет Сун Чан, чуть сгибаясь, чтобы заглянуть ему в лицо. – Вы в порядке? – Когда Ло Кай не отвечает, он продолжает: – Не волнуйтесь. Цай Ян плавает лучше любого из тех, кого я знаю. И он никогда не допустит, чтобы что-то случилось с А-Бэем.
– Я знаю.
Он боковым зрением видит, как Сун Чан кивает, вновь расплываясь в доброй улыбке. Этим он чем-то напоминает Ло Каю собственного старшего брата.
– Спасибо вам. Вы так добры к… нашей семье.
Это слово произнесено так ласково. Может, о чем-то таком и мечтала мама, когда писала, что они поедут на океан, в ту ночь, когда их с отцом не стало?
– Прыгаем или ныряем? – кричит Цай Ян, у которого уже растрепались волосы, а резинка, удерживавшая их в хвосте, пропала неизвестно куда. Намокшие черные пряди, тяжелые и густые, облепили ему шею и ключицы.
Они с Сун Бэем стоят в воде по пояс, а вздымающиеся волны оказываются порой выше их роста.
– Прыгаем! – отвечает Сун Бэй, вытирая свободной рукой мокрое лицо. Вторую Цай Ян держит в своей.
– Неправильно, ныряем!
– Эй!
Цай Ян вовремя утягивает мальчика за собой, чтобы гребень волны прокатился над ними. Вынырнув, Сун Бэй шутливо брызгает на Цай Яна водой.
– Семь секунд еще не прошли, я мог передумать!
Цай Ян весело смеется, присматриваясь к новой волне.
– Решение должно быть одно. Тут нельзя передумать, – веско говорит он. – Готов?
Они долгое время вот так развлекаются в шумящих высоких волнах, без устали прыгая или подныривая под них. Ло Кай слушает смех Цай Яна и Сун Бэя, наблюдая за ними в бушующем океане и сидя перед давно погасшим экраном ноутбука. Он даже не открыл архив с фотографиями, который хотел отсмотреть перед тем, как начать работы по реставрации.
Воздух пахнет свежестью, солью и влажным песком. Ло Кай все же отводит взгляд от Цай Яна и достает телефон. Он открывает QQ, которым уже очень давно не пользуется, и смотрит, пролистав ленту сообщений, на то, что отправил двенадцать лет назад своей матери.
Он до сих пор помнит их последний телефонный разговор в мельчайших деталях. Помнит, как смотрел на сад перед их домом через окно гостиной, прижимая телефон к уху и слушая ее голос, в котором прятались печаль и усталость.
Бороться или смириться с тем, что есть? Достаточно семи секунд, чтобы принять решение.
