Ло Кай позволяет себе выдох облегчения. Женщина кивает на подушку перед собой, от которой ее отделяет только стол, предлагая ему присесть напротив. Когда он делает это, она касается рукой маленького фарфорового чайничка у своего правого локтя и вопросительно поднимает на него глаза.
– Спасибо. Мое имя Ло Кай. Я хотел поговорить с вами.
Киришима кивает и разливает чай по маленьким чашам из оникса. Это единственная роскошь в этом храме, в остальном – только строгий минимализм и безмолвное дерево.
– О моей поездке в Таиланд, верно? – спрашивает она, ставя чашку перед ним и поднося к губам свою. От едва различимого в приглушенном пасмурном свете пара пахнет травами.
Ло Кай никак не показывает своего удивления столь точным ее вопросом.
Женщина снова улыбается так, словно ей стало понятно все и сразу.
– Господин Ло, я уже говорила, что это бесполезно. Цель, с которой я покидала этот храм, заключалась в духовном просвещении. Есть вещи, которые нельзя раскрывать. Хотя, учитывая, как мне вас описывали, я думала, что вы придете сюда под покровом ночи и будете угрожать мне кровавой расправой.
Она приняла его за Хао Ки?
Ло Кай пробует чай, и он оказывается приятным на вкус и согревающим. Он думает о том, что и Цай Яну не помешало бы согреться, но при нем этот разговор вести просто нельзя.
– Я не собираюсь вам угрожать, госпожа, – говорит он. – Но вы поможете мне, если расскажете о том, что видели во время своего путешествия. Киришима-сан, я…
– Акира. Зовите меня Акира.
Ло Кай кивает, обнимая руками маленькую чашку. Акира бросает взгляд на его пальцы, но ничего не говорит.
– Восемь лет назад в Таиланде близ поселения племени Хмонг случилось стихийное бедствие. Там работали люди, врачи-волонтеры из Японии. Я ищу девушку, которая пропала в тот год.
Акира никак не показывает своего отношения к его словам, только еле заметно вскидывает густую бровь и подливает им чай.
– Вам что-нибудь известно об этом? – не дождавшись ответа, спрашивает Ло Кай, словно обращаясь к повисшей между ними тишине.
– Может быть, – отвечает Акира. – Но, как я уже сказала, мне нечем вам помочь.
– Акира-сан, пропал человек.
– Господин Ло, вам известно, что люди не всегда пропадают случайно? Иногда они уходят. Понимаете, о чем я? – подняв на него спокойный и глубокий взгляд, спрашивает она.
Ло Кай качает головой.
– Это не тот случай.
– Вы так уверены? Вы знали пропавшую девушку лично?
Нет. Ответ – «нет». Ло Кай никогда не знал Сун Цин, не общался с ней, он даже не в курсе, как она выглядит. Он видел лишь ее фотографию на телефоне Цай Яна в тот день, когда они познакомились. На контакте Сун Бэя стоит снимок юной девушки, которая держит его на руках. Мальчику там года два. Вряд ли Сун Цин сейчас такая же.
Сейчас… Если она жива.
Но ему бы хотелось с ней познакомиться.
– Нет, Акира-сан.
Акира продолжает смотреть на него, будто он ничего не произнес.
– Ее зовут Сун Цин, – добавляет Ло Кай твердо.
– Это не имеет никакого значения, – отзывается она.
Ло Кай кидает взгляд на маленькое окно. Даже отсюда он видит, как Цай Ян хмурит брови и прикусывает нижнюю губу, приподняв исписанный лист бумаги и вчитываясь в строки, сидя на подушке у стола.
– Имеет.
– Что?
– Это имеет значение, – повторяет он, повернувшись к Акире. – Вы знаете, где она?
– Разумеется, нет. Знай я это, я бы дала вам эту информацию. Но то, о чем вы просите, я сделать не могу.
Ло Кай хмурится.
– Я еще не просил ни о чем другом.
Акира еле слышно вздыхает и расправляет плечи, отставляя в сторону свою чашку, но не убирая от нее руки. Ее тонкий жилистый палец с очень коротко подстриженным ногтем поглаживает ее светло-зеленый гладкий бок.
– Просили те, кто рассказал вам обо мне.
– Буду с вами честен: я не знаю, почему именно вы, – говорит Ло Кай.
Этот разговор все больше напоминает ему попытки найти что-то в темной комнате. При этом не факт, что в ней вообще что-то есть. Он выдыхает и снова смотрит на Цай Яна. Боковым зрением он замечает, что Акира тоже повернула голову к окну.
– Ваш спутник?
Ло Кай кивает, не глядя на нее.
– Акира-сан, у Сун Цин здесь семья. Она бы не ушла сама. Только не от этих людей.
– У всех разное восприятие белого и черного, господин Ло.
– Как тогда вообще понять, что белое, а что – черное? – спрашивает он, все же повернувшись к ней.
Акира довольно улыбается, слегка прищурив глаза.
– Вам бы тоже не мешало съездить в Таиланд. Вы очень держитесь за то, что чувствуете, – говорит она.
– Вы когда-нибудь теряли того, кого любите?
– Я свободна от мирских привязанностей, господин Ло.
– Потому что сбежали от них, – отвечает Ло Кай, глядя ей в глаза. – Порой они бывают невыносимы. Но я готов встретить любые последствия решений и деяний человека, в которого верю.
Акира выдерживает его взгляд с невозмутимым достоинством, только уголки ее рта на мгновение вздрагивают, словно она хочет улыбнуться или же недовольно скривить бледные губы.
– Вы верите, я это вижу, – произносит она. – Наверное, именно поэтому я, как вы выразились, сбежала. Мы перестаем быть теми, кто мы есть, когда теряемся в другом человеке.
