Войдя в библиотеку, мистер Уимборн даже моргнул от неожиданности. Пытливые старческие глазки, минуя инспектора Бэкона (поскольку мистер Уимборн успел уже с ним встретиться раньше), впились в красивого блондина, стоявшего чуть поодаль.
- Это мистер Креддок - инспектор криминальной полиции из Нового Скотленд-Ярда <Новый/>- официальное название Скотленд-Ярда с 1891 года>, - представил его Бэкон.
- Из Нового Скотленд-Ярда.., гм! - Брови мистера Уимборна вопросительно поднялись.
- Видите ли, мистер Уимборн, - с завидной непринужденностью обратился к нему Дермут Креддок, отличавшийся приятными манерами, - нас тоже подключили к расследованию этого дела, а поскольку вы печетесь об интересах семейства Крэкенторпов, то, полагаю, я обязан кое-что вам сообщить - естественно, строго между нами...
Инспектор Креддок умел так убедительно преподнести нужную именно в данный момент крупицу истины, что никто и никогда не заподозрил бы его в лукавстве.
- Я уверен, - добавил он, - что инспектор Бэкон поддержит меня.
Бэкон кивнул с таким важным видом, будто впервые слышал о "внезапном" желании Креддока довериться мистеру Уимберну.
- На основании полученной нами информации, - продолжал Креддок, - можно предположить, что убитая была не здешней жительницей. Она приехала сюда из Лондона, и весьма вероятно, что совсем недавно прибыла из-за границы. Возможно (впрочем, пока это только предположение), из Парижа.
Брови мистера Уимборна снова удивленно поползли вверх.
- В самом деле?
- Учитывая это, - вступил в разговор инспектор Бэкон, - начальник полиции полагает, что расследование должен взять в свои руки Скотленд-Ярд.
- Мне лишь остается надеяться, - сказал мистер Уимборн, - что преступление будет вскоре раскрыто. Как вы понимаете, для моих подопечных вся эта история крайне неприятна. Хотя лично никто из них к ней не причастен, тем не менее...
Он на мгновение запнулся, и Креддок тут же пришел ему на помощь:
- Убитая найдена на территории их имения, а это тоже весьма удручает и настораживает. Не могу не согласиться с вами. А теперь мне хотелось бы переговорить с каждым из членов семьи.
- Право же, не представляю, что...
- Что они могут мне сообщить? Скорее всего ничего, представляющего интерес, но вдруг... Полагаю, немало сведений могли бы сообщить вы, сэр. Все, что так или иначе касается обитателей этого дома и вообще семьи.
- Что может быть общего у Крэкенторпов с той неизвестной женщиной?
- Вот именно, сэр, - сказал Креддок. - Почему она оказалась именно в их владениях? Не имела ли она какого-то отношения к этому дому? Может, служила у них раньше? Скажем, горничной? Или, может, ей срочно понадобилось встретиться с кем-то, кто жил в Резерфорд-Холле до Крэкенторпов?
Мистер Уимборн сухо заметил, что в Резерфорд-Холле с самого начала жили только Крэкенторпы, то есть с 1884 года, когда Джосая Крэкенторп построил его.
- Вот как? Это очень интересно, - заметил Креддок. - Вы не могли бы вкратце изложить историю этой семьи... Мистер Уимборн пожал плечами.
- Излагать, собственно говоря, нечего. Джосая Крэкенторп был промышленником. На его фабрике изготовляли разные крекеры и сдобное печенье, ну еще приправы, соусы, всякие маринады... Он сумел сколотить весьма солидное состояние. Построил этот дом. Сейчас здесь живет его старший сын, Лютер Крэкенторп.
- А другие сыновья?
- Был еще один сын. Генри. Погиб в девятьсот одиннадцатом в автомобильной катастрофе.
- Скажите, нынешний мистер Крэкенторп никогда не собирался продать этот дом?
- Он не может этого сделать, - сухо ответил юрист. - По условиям завещания, оставленного его отцом.
- А в чем суть этого завещания?
- Почему, собственно, я должен отвечать на подобный вопрос?
Инспектор Креддок улыбнулся.
- Я ведь и сам могу ознакомиться с ним в Сомерсет-хаусе <Сомсрсет-хаус/>в Лондоне, где размещается Управление налоговых сборов и другие государственные учреждения, в том числе и архив, где хранятся копии всех завещаний>.
Мистер Уимборн нехотя ответил ему кривой усмешкой.
- Вы правы, инспектор. Я просто имел в виду, что все, о чем вы спрашиваете, в сущности, совершенно к делу не относится. Что же касается завещания Джосая Крэкенторпа, то здесь нет никакой тайны. Все его огромное состояние находится в распоряжении попечителей, которым было поручено следить за исполнением условий завещания. Доходы с этого капитала должны выплачиваться его сыну Лютеру пожизненно, а после смерти Лютера капитал должен быть поровну разделен между внуками - Эдмундом, Седриком, Харольдом, Эммой и Эдит. Эдмунд погиб на войне, а Эдит умерла четыре года назад, так что после смерти Лютера Крэкенторпа деньги будут поделены между Седриком, Харольдом, Альфредом, Эммой и Александром Истли, сыном Эдит.
- А дом?
- Он перейдет к старшему сыну Лютера Крэкенторпа или его детям.
- Эдмунд Крэкенторп был женат?
- Нет.
- Значит, соответственно...
- Его унаследует второй сын - Седрик.
- Сам мистер Крэкенторп не может продать усадьбу?
- Нет, не может.
- И у него нет права контроля над капиталом?
- Нет.
