- Вероятность, конечно, есть, - сказал он. - Но утверждать не решаюсь. Кто она? Что вам о ней известно?
- Почти ничего, - беспечным тоном ответил француз. - Танцовщица она средненькая, да и "Марицки-балет", прямо скажем, не из первоклассных. Дают спектакли в пригородных театрах и ездят на гастроли. Ни громких спектаклей, ни знаменитых балерин. Давайте я вас познакомлю с мадам Жолье, которая управляет труппой.
Мадам Жолье оказалась деловитой живой француженкой с проницательным взглядом, небольшими усиками и изрядным жирком на боках. Визит полицейских отнюдь ее не обрадовал.
- Чего не люблю, так это иметь дело с полицией. - Она посмотрела на них с откровенной враждебностью. - По любому пустяку ставите меня в затруднительное положение. Постоянно!
- Нет-нет, мадам! Вы не должны так говорить, - запротестовал Дессан, высокий мужчина с меланхоличным лицом. - Когда это я ставил вас в затруднительное положение?
- Ну хотя бы из-за той дурехи, которая выпила карболовую кислоту, - тут же выпалила мадам Жолье. - И только потому, что влюбилась в дирижера оркестра, а он вообще не обращал внимания на женщин. У него иные пристрастия. А что сделали вы? Вы подняли шумиху и устроили жуткий скандал! А это подорвало репутацию моего прекрасного балета! И финансы!
- Напротив! У вас были полные сборы, - возразил Дессан. - И с тех пор минуло уже три года. Не стоит держать на меня зло. А теперь поговорим об Анне Стравинской.
- А что с ней такое? - осторожно спросила мадам.
- Она русская? - поинтересовался инспектор Креддок.
- Да нет! Вы так решили из-за ее фамилии? Эти девицы вечно придумывают себе такие экзотические фамилии. Ничем особенно не выделялась. Танцевала средне и не сказать, чтобы уж очень хорошенькая. Для кордебалета в общем-то годилась - но солисткой никогда бы не стала!
- Она француженка?
- Вероятно. Паспорт у нее был французский. Но она как-то мне говорила, что муж у нее англичанин.
- Так и сказала? Дескать, муж - англичанин? А он жив или умер?
Мадам Жолье пожала плечами.
- То ли умер, то ли бросил ее. Откуда я знаю? Эти девицы! Вечно у них неприятности с мужчинами.
- Когда вы видели ее последний раз?
- Мы ездили на шесть недель в Лондон. Выступали в Торки, Борнмуте, Истборне и вроде бы в Хаммерсмите <Истборн/>- известный курортный город в Англии. Хаммерсмит - район в западной части Лондона.>. Я уж не помню. Потом отъезд во Францию, но Анна... Она не приехала даже проститься. Только прислала записку, что уходит от нас и будет теперь жить с семьей мужа... В общем, какая-то чепуха... Так я этому и поверила. Скорее всего просто встретила мужчину. Ну, вы меня понимаете...
Инспектор Креддок кивнул, полагая, что иных причин, по мнению мадам Жолье, существовать просто не может.
- Ну ничего, невелика потеря! Таких я могу набрать сколько угодно, и даже поприличней. Придут и будут танцевать как миленькие... Так что, прочитав записку, я пожала плечами и выкинула эту вертихвостку из головы. Все они одинаковы, эти девицы просто помешаны на мужчинах.
- Когда это было?
- Когда мы вернулись во Францию? Это было.., да.., в воскресенье перед Рождеством. Анна ушла дня за два или за три до отъезда. Точнее вспомнить не могу. Во всяком случае, в Хаммерсмите нам пришлось танцевать без нее. А это значит - пришлось на ходу перестраиваться, лишние репетиции... Так нас подвела! Но таковы уж эти девицы.., как только встретят мужчину - все сразу забывают. Я всем сказала: будет проситься назад - ни за что не возьму!
- Вам ее уход очень был неприятен?
- Мне?.. С какой стати! Подцепила небось себе какого-нибудь кавалера и решила провести с ним рождественские праздники. Не мое это дело. Я могу найти других девушек. Они будут счастливы танцевать в "Марицки-балет", и танцевать не хуже, а может, даже и лучше Анны.
Мадам Жолье вдруг умолкла и с любопытством спросила:
- Почему вы ее разыскиваете? Ей что, кто-то оставил наследство?
- Нет, - ответил инспектор Креддок. - Просто мы имеем основания предполагать, что она убита.
- Такое иногда случается, - сразу утратив всякий интерес, философски заметила мадам Жолье. - Ну что ж! Она была доброй католичкой. По воскресеньям ходила на мессы и, конечно, исповедовалась.
- Мадам, она говорила вам когда-нибудь о сыне?
- О сыне? Вы хотите сказать, что у нее был сын? Я считаю, что это маловероятно. Эти девицы - все, все до одной! - знают нужный на крайний случай адрес. Мосье Дессану это известно не хуже меня.
- Ребенок мог родиться у нее до того, как она поступила на сцену, - сказал Креддок. - Например, во время войны.
- Ах, во время войны... Это возможно. Но если и так, мне об этом ничего не известно.
- Кто из ваших девушек был ее близкой подругой?
- Я могу назвать два-три имени, но она ни с кем особенно не дружила.
Больше ничего полезного мадам Жолье сообщить не могла.
