- Ну и что? У нас ведь фотография. Нет, не опознали. После мы объехали отели, - продолжал сержант, - в регистрационных книгах Мартина Крэкенторп не значится. После вашего звонка из Парижа мы стали искать в списках проживавших Анну Стравинскую. Такая действительно значилась, вместе с остальными танцорками, в дешевой гостинице неподалеку от Брук-Грин. Там в основном останавливаются актеры. Съехала поздно вечером, девятнадцатого декабря, после спектакля, это четверг. Других записей нет.
Креддок, кивнув, распорядился продолжать поиски и по другим каналам, хотя не надеялся на успех.
Немного поразмыслив, Креддок позвонил в адвокатскую контору "Уимборн, Хендерсон и Карстерс" и попросил назначить его на прием к мистеру Уимборну.
Креддок явился в назначенное время, его проводили в душную комнату, где за большим старомодным столом, заваленным пачками пыльных бумаг, восседал мистер Уимборн. Вдоль стен стояли ящички с аккуратными ярлыками: "Сэр Джон Фоулдс (сконч.)", "Леди Деран", "Джордж Роубот, эскв." и прочие. Были это реликвии минувшего или текущие юридические дела - понять было невозможно.
Мистер Уимборн был безупречно вежлив, но смотрел на посетителя с некоторой настороженностью, характерной для домашнего юриста, которому предстоит разговор с полицейским чином.
- Чем могу быть полезен, инспектор?
- Я насчет этого письма... - Креддок подвинул письмо Мартины через стол. Мистер Уимборн брезгливо коснулся его пальцем, но в руки не взял. Щеки его слегка порозовели, а губы сжались плотнее.
- Да-да! - сказал он. - Вчера утром я получил письмо от мисс Эммы Крэкенторп, в котором она сообщила о своем визите в Скотленд-Ярд и обо.., гм!., обо всех обстоятельствах. Признаться, мне абсолютно непонятно.., абсолютно.., почему меня сразу не уведомили об этом письме! Чрезвычайно странно! Мне должны были сообщить в первую очередь...
Инспектор Креддок поспешил произнести несколько банальных фраз, стараясь успокоить мистера Уимборна и настроить его на более мирный лад.
- Я не имел ни малейшего представления о матримониальных <Матримониальный/>- брачный.> намерениях Эдмунда, - произнес мистер Уимборн с явной обидой.
Инспектор Креддок заметил, что время все-таки было военное.., и не стал ничего уточнять, полагая, что и так все ясно.
- Военное время! - раздраженно фыркнул мистер Уимборн. - А впрочем.., в самом деле... В начале войны мы находились в здании Линкольне-Инн-Филдс <Линкольнс-Инн-Филдс/>- одна из четырех корпораций адвокатов, имеющих право выступать в высших судах.>, так вот, прямым попаданием разрушило соседний дом, где хранились многие наши документы... Они были уничтожены... Разумеется, не самые важные. Но и это причинило потом много неприятностей. Хорошо, что наиболее ценные бумаги мы заблаговременно вывезли за город. В это время дела Крэкенторпов находились в руках моего отца. Он умер шесть лет назад. Может быть, он был извещен об этой, с позволения сказать, женитьбе Эдмунда, но, судя по всему, этот брак, даже если и был делом решенным, так и не состоялся, а потому мой отец не придал этому эпизоду большого значения. Должен сказать, вся эта история с письмом весьма подозрительна. Чтобы через столько лет вдруг объявить себя законной женой и, мало того, матерью законнорожденного сына! Очень сомнительно! Какие у нее есть доказательства, хотел бы я знать?
- Вот именно, - сказал Креддок. - А на что она и ее сын могли бы претендовать?
- Полагаю, она надеялась на то, что Крэкенторпы возьмут ее и ее сына на содержание.
- Это-то ясно. Но я имел в виду юридический аспект - если бы она могла доказать законность своих притязаний?
- О, понимаю. - Мистер Уимборн водрузил на переносицу свои очки, которые несколько минут назад в запальчивости отложил в сторону, и пристально посмотрел на инспектора. - Гм! В данный момент у нее нет никаких прав. Но если ей удастся доказать, что мальчик является законнорожденным сыном Эдмунда Крэкенторпа, тогда он может претендовать на часть наследства после смерти Лютера Крэкенторпа. Более того, поскольку он сын старшего из сыновей Лютера Крэкенторпа, ему бы отошел и Резерфорд-Холл.
- Кто-нибудь из нынешних наследников имеет виды на Резерфорд-Холл?
- Чтобы там поселиться? Безусловно, никто. Но это поместье, дорогой инспектор, стоит немалых денег. Очень немалых! Эту землю вмиг купят и фабриканты и строители. Это же теперь самый центр Брэкхемптона. О да! Это очень лакомый кусок.
- Вы, помнится, говорили, что после смерти Лютера Крэкенторпа поместье унаследует Седрик?
- Да. Как старший из живущих в момент наследования сыновей он наследует недвижимость.
- Седрик Крэкенторп, как мне дали понять, к деньгам довольно равнодушен.
Мистер Уимборн холодно посмотрел на Креддока.
- В самом деле? Я бы не слишком доверял подобным утверждениям. Наверное, бывают на свете люди, не от мира сего, которых деньги не интересуют. Но сам я что-то таких не встречал.
Мистеру Уимборну так понравилась его собственная тирада, что он даже чуть-чуть повеселел.
Инспектор Креддок поспешил воспользоваться этим проблеском в настроении мистера Уимборна:
