Я промотала в памяти тот вечер. Почему он попросил о задержке? Он вернулся из поездки, узнал, что всё идёт по его плану и предложил разорвать контракт раньше времени, но я… я обещала остаться. Это противоречило его планам. Наше расставание могло произойти раньше. С журналом всё было решено, я была устроена, он мог настоять на разрыве, но что-то его остановило. Ещё две недели он меня не отпускал. Было ли дело только в том, чтобы, как он выразился, «мир узнал обо мне», или за этим стояло что-то ещё? Например, то, что отвлекло его?
Я прикоснулась к своим губам, ощущая отзвук наших поцелуев. Что, если они стали причиной? Что, если Максим понял, что зашёл слишком далеко? Но с Эленой Винтер он позволял себе лишнее. Или это определённая черта, которую не каждому дано перейти.
– Я сказал, что могу отложить твоё утверждение на две недели и он согласился, хотя мне до последнего казалось, что Эккерт не отпустит тебя.
– Почему?
– Ты сама призналась, что хочешь с ним остаться. Я думал, это взаимно.
– Ты ошибался, – я затушила окурок и сделала глоток кофе. – Он избавился от меня, как только понял, что моё будущее обеспечено. Передал тебе как знамя победы.
– Не говори так, – Даниэль поморщился. – Ты знаешь, как я к тебе отношусь.
Он привстал из-за стола и вышел из кухни. Я не хотела его обидеть, но слова сами вырвались, тем более что со стороны это выглядело именно так. Не покидало ощущение, что Максим знал о чувствах Даниэля ко мне. Что же, он и личную жизнь мою решил устроить?
Бонье вернулся через минуту, неся в руках кожаную папку, и положил её передо мной на стол.
– Что это? – я кивнула на коричневый футляр.
– Пока ты спала, заезжал Марк. Твои вещи внизу, а это он просил передать тебе лично.
Даниэль отступил, позволяя мне открыть содержимое. Первым я нащупала свой телефон. Далее последовал паспорт и старенький кошелёк. Всё осталось нетронутым, хотя глупым было бы предположить, что Максим способен на порчу моего скромного имущества.
Последним я вынула какие-то бумаги, одного взгляда на которые хватило, чтобы понять, что это. Два экземпляра договора, мой и Эккерта. На обоих стояли наши подписи – мой размашистый и его чёткий и аккуратный. Он отдал мне оба, позволяя делать с ними что угодно. Я могла уничтожить их или показать всему миру. Могла сохранить его секрет, а могла опозорить. Почему он так поступил? Тот, кто так боится огласки личной жизни теперь добровольно отдал её в мои руки. Что он хотел этим доказать? Я ведь могу использовать их против него.
Могу, но не стану. И дело даже не в благородстве. Это наш общий секрет, и он доверил его сохранность мне. Я сложила документы вместе, схватила зажигалку и встав у раковины щёлкнула кресалом. Пламя быстро поглотило бумагу, оставляя только тёмный пепел и запах гари.
Вот и всё. Последние несколько месяцев испарились в огне, не оставив за собой и следа. Доведись нам с Максимом встретиться вновь, нас больше ничего не будет связывать, теперь мы снова незнакомцы.
– Мила, – Даниэль окликнул меня, показывая на папку. – Здесь что-то ещё.
Белый уголок выглядывал из кармашка. Им оказался плотный конверт, на котором значилось только моё имя. Неужели прощальное письмо? Сердце забилось сильнее, когда я разорвала бумагу. Дрожащими руками я вынула из него сложенный втрое бланк. Нет, не письмо и не записка. Это был документ об открытии счёта в «NP Bank». Быстро пробежав глазами написанное, я чуть не выронила его из рук.
Эккерт всё-таки выполнил обязательства и не просто исполнил обещанное контрактом – сумма в разы превышала ту, которую он был обязан выплатить. Цифры не укладывались в голове, что даже перехватило дыхание. Я ещё раз пересчитала нули, надеясь, что ошиблась.
Зачем? К чему этот щедрый и глупый жест? Попытка искупить свою вину, потому что правда вылилась наружу? Или взятка за моё молчание? Неужели оно столько стоит?
Первым порывом было скомкать документ и разорвать его в клочья. Отказаться не только от суммы сверху, но и от всего, что он был должен. Даниэль прав – я не вещь.
– Постой, – Бонье перехватил мою руку, готовую изорвать документ. – Постой, Мила.
– Мне от него ничего не нужно, – я попыталась вырваться, но Даниэль встряхнул меня за плечи.
– Ты ничего не изменишь!
Я остановилась.
– Это не просто чек. Взгляни, – он указал мне на строчку с моим именем. – Счёт уже открыт, и открыт на твоё имя. Порвав бланк, ты ничего не изменишь. Теперь это всё в твоём распоряжении.
Я уставилась на документ, уже внимательней вникая в текст. Название банка было смутно знакомым… Конечно, вчера после тренировки Максим отправился прямиком туда. Тогда же и был открыт счёт. Вчера? Какая-то ерунда.
– Зачем же он? – я покачала головой.
– Может, знал, что с чеком ты поступишь именно так?
– Мне не нужно столько! – я повернулась к Даниэлю, сжав в руке злосчастные бумаги. – Мне вообще не нужны его деньги. Теперь, когда у меня есть работа, я могу сама себя обеспечить.