Вступая в ударные истребительные отряды, воины давали клятву неустанно выслеживать и беспощадно уничтожать немецко-фашистских захватчиков, громить боевую технику врага, изо дня в день увеличивать свой боевой счет.
Особенно смело и решительно действовали группы, созданные из морских пехотинцев. Вспоминаются действия группы краснофлотцев-разведчиков под командованием младшего политрука Николая Воронцова. Кто воевал в горах, тот знает, что представляет собой там оборона. Это далеко не сплошные траншеи. Наши войска обороняли только отдельные господствующие высоты, расстояние между которыми измерялось нередко сотнями метров и даже километрами. Наступающий противник тоже не имел сплошного фронта, тяготел к дорогам и населенным пунктам. Эту особенность и использовали в своих целях истребительные отряды. Пробираясь горными тропами в тылы вражеских войск, истребители не давали гитлеровцам покоя ни днем ни ночью.
Однажды десять краснофлотцев-разведчиков под командованием младшего политрука Николая Воронцова укрылись у горной тропы. На рассвете из-за поворота появился мотоцикл, в коляске которого сидел, подняв воротник шинели, немецкий офицер. Первой же автоматной очередью был уничтожен мотоциклист, а офицер, не успев выйти из оцепенения, был схвачен и доставлен в штаб. На допросе у гитлеровца удалось выведать ценные сведения о замышляемом наступлении противника в районе поселка Эриванский и станицы Шапсугская. А на следующий день отряд Воронцова напал на румынское подразделение, отдыхавшее в лесу. Только в этой схватке разведчики уничтожили свыше двух десятков захватчиков.
Слушая доклад начальника разведки армии об этом рейде моряков, командарм как-то просветлел, в его глазах появился азартный блеск. Не скрывая радости, генерал Гречко воскликнул:
— Вот так надо бить их, мерзавцев. Пусть каждый фашист знает, что за каждым кустом его ждет автоматная очередь, за каждым камнем — граната. — И, обращаясь ко мне, Андрей Антонович вдруг добавил: — Евдоким, я заберу этого политрука. Это же по природе своей замечательный разведчик.
— А в разведке тоже политруки нужны, — парировал я.
Гречко не стал настаивать на своем. Но вскоре, после введения в Красной Армии полного единоначалия и присвоения политработникам командных воинских званий, коммунист Николай Воронцов все же стал командиром разведчиков. Неоднократно этот отчаянно смелый человек ходил в тылы фашистов, уничтожал врагов автоматом и гранатами, взрывал склады и жег автомашины. И мы все были глубоко опечалены, когда узнали, что Воронцов в одном из поединков с фашистами во вражеском тылу погиб смертью героя.
К этому времени мы научились опираться в своей работе не только, скажем, на командиров дивизий, но и на командиров рот, взводов и отделений.
В каждом звене должны быть сильные люди. У нас уже был выработан свой критерий оценки командиров и политработников. Я, например, с удовольствием и подолгу беседовал с командирами рот, взводов и отделений, простыми разведчиками или саперами, если они были людьми храбрыми, инициативными и ловкими в бою, если они умели выходить победителями в сложнейших ситуациях. У них можно было учиться пониманию природы современного боя, роли человека в нем; на их примере познавались те качества, которые мы должны воспитывать в каждом бойце и командире.
Вместе с тем у меня вызывали резкую антипатию командиры и политработники, которые скверно знали свое дело или относились к нему спустя рукава. Были, к сожалению, и такие. Видимо, Наполеон был прав, когда говорил, что самая большая безнравственность — это браться за дело, которое не умеешь делать. Я часто думал об этом, и размышления эти не были случайными. Мужество, стойкость людей во многом зависят от требовательности, воли командира, его разумной инициативы и творчества в бою. Его твердость и решительность — огромная сила. Если, повторяю, бойцы верят в своего командира, они пойдут с ним на самое геройское дело, пойдут в огонь и в воду. И так было не только под Новороссийском.
Несмотря на то что гитлеровцы были остановлены, они все же продолжали атаковать наши позиции. Поэтому Военный совет армии был настороже. Строгое выполнение требования приказа наркома обороны № 227 «Ни шагу назад, стоять насмерть!» по-прежнему оставалось главной задачей командиров, политработников, партийных и комсомольских организаций. К кавказскому направлению все еще было приковано внимание советских людей. Устоят ли защитники Кавказа после стольких месяцев отступления, сумеют ли отбросить врага?
