«Артиллеристы! Бейте так, чтоб фашистские гады от первого выстрела в воздух взлетали!»
Карикатура: улыбающийся батареец на фоне орудия большого калибра, развороченный мощный дот и подпись: «Финский дот и артиллерист Федот».
Артиллеристы 21-й армии и всего Ленинградского фронта довели свое мастерство до виртуозности. Не зря о войсках, оборонявших Ленинград, разнеслась слава «артиллерийского фронта». Как в дни обороны Ленинграда, так и во время прорыва блокады артиллерия играла важную роль. Здесь в разгроме врага участвовала замечательная плеяда артилерийских кадров, воспитанников академии имени Ф. Э. Дзержинского — командующий фронтом Леонид Александрович Говоров, генералы Г. Ф. Одинцов, Н. Н. Жданов, И. И. Грен, М. С. Михалкин, В. С. Коробченко, Н. П. Витте, В. С. Гнидин и другие.
Георгий Федотович Одинцов — командующий артиллерией фронта — еще в первых боях под Лугой в 1941 году возглавлял особую артиллерийскую группу, которая успешно наносила огневые удары по врагу на подступах к городу Ленина. Это был грамотный, влюбленный в свое дело артиллерист, бесстрашный, волевой человек. В его лице командующий фронтом имел незаменимого помощника…
Пройдет много времени. В 60-х годах генерал-полковник, а затем маршал артиллерии Г. Ф. Одинцов возглавит академию имени Ф. Э. Дзержинского. На одном из заседаний ученого совета академии будет рассматриваться вопрос о присуждении Георгию Федотовичу ученого звания «профессор». Абсолютное большинство членов совета проголосуют «за», но кандидат получит и несколько голосов «против». После оглашения результатов тайного голосования взволнованный Георгий Федотович скажет:
— Спасибо, дорогие товарищи, что вы сочли возможным поддержать меня. — И он сядет на место, но затем не выдержит — скажется характер старого артиллериста, — маршал снова поднимется и добавит: — А тем товарищам, которые голосовали против присуждения мне ученого звания, хочу сказать: хотя я и не имею официально ученой степени доктора наук, считаю, что свою диссертацию я защитил, когда оборонял Ленинград…
И зал заседаний разразится громом аплодисментов.
Да, деятельность Г. Ф. Одинцова на Ленинградском фронте стоила не одной докторской диссертации.
…Каждый род войск имеет свои традиции. Но я всегда по-хорошему завидовал артиллеристам. Они имели свои особые традиции, бережно хранили и приумножали их.
Критерием ценности любого офицера этого рода войск являлась его так называемая артиллерийская культура. Среди них царил здоровый дух состязательности в быстроте и точности подготовки данных для стрельбы, в меткости огня, в культуре ведения карт и документации, в содержании боевой техники.
Помню, однажды шел разговор о выдвижении одного командира дивизиона на повышение. Доложили материалы генерал-лейтенанту артиллерии Н. Н. Жданову.
— Погодите, погодите, я где-то встречался с этим майором, — потирая лоб, заговорил командир корпуса. — Да, вспомнил. Он же во время учебных стрельб цель в двойную вилку захватывал. Какой же это будет полковой командир? Нам по амбразурам дотов надо попадать, а не в белый свет палить. Отставить!
И никто не возразил генералу.
Среди батарейцев всегда поддерживалось чувство гордости за свой род войск. «Мы, артиллеристы» — это было у них как бы вступлением в любой разговор…
…Во время перекура группа бойцов беседует с девушками из медсанбата.
— Народ мы артиллерийский, — прикуривая самокрутку, говорит один из батарейцев, — цигарки курим гаубичного калибра, девушек любим с огнем, а фашистов бьем насмерть.
— Ой, подружки, в жизни таких хвастунов и врунишек не видела!
— А чему вы не верите? Что фашистов колотим насмерть или что девушек любим с огнем?
…Смех, шутки, импровизированный конкурс острословов. Короче — у всех хороший, добрый душевный настрой.
В эти дни Военный совет армии стремился к тому, чтобы партийно-политическая работа была тесно связана с конкретными боевыми задачами. Важное место в ней занимало изучение заявления Советского правительства от 22 апреля о советско-финских отношениях.
Как известно, сотрудничество с гитлеровской Германией привело Финляндию к тяжелейшему экономическому и политическому положению. Даже такие антисоветские и прогитлеровские правители страны, как Рюти, Маннергейм, Таннер, стали искать пути заключения перемирия с Советским Союзом.
В феврале 1944 года Советское правительство предъявило Финляндии предварительные условия перемирия: разорвать отношения с Германией и интернировать или изгнать находившиеся на территории Финляндии немецко-фашистские войска, восстановить советско-финский договор 1940 года, отвести финские войска к границе 1940 года, немедленно возвратить советских военнопленных и гражданских лиц, находящихся в концентрационных лагерях. Разрешение таких вопросов, как возмещение убытков, причиненных Финляндией Советскому Союзу, наше правительство считало необходимым отложить до переговоров в Москве.
