– Осима-сан, давайте мы сделаем так. Скоропалительных решений принимать не будем. Отказывать вот так вот сразу российской стороне в ее просьбе я смысла не вижу. Но и обещать господину консулу тоже ничего не станем. Сейчас только полседьмого, работать нам с вами еще долго, так что вы, господин Баранов, езжайте в гостиницу, а мы вам к ночи поближе о своем решении сообщим. Хорошо?
– Хорошо, Минамото-сан. Вам бы по мидовской линии работать, у вас бы здорово получилось, – начал подлизываться Баранов. – Глядишь, и о Южных Курилах без рукоприкладства договорились бы…
Лицо Осимы потемнело от осознания своего поражения, и встать проводить Баранова он не соизволил, продолжил полулежать на своем любимом диване.
Когда Баранов ушел, Осима немного ожил, но избавляться от «большой любви» ко мне явно не собирался.
– Минамото-сан, мы не можем разрешить русским завтра увезти Грабова! Мы с ним еще не закончили!
– А зачем нам, собственно, его тело, а, Осима-сан? Я был у экспертов. Все пробы они уже взяли, ядом занимаются на уровне пробирок и пипеток. Пускай забирают этого своего крабового магната, а?
– Вы были в лаборатории?
– Да, был.
– С Сиракурой разговаривали?
– Разговаривал.
– Скажите, а вам было бы легче, если бы это была фугу?
– В смысле, не цианид, а тетрадоксин?
– Да.
– Да перестаньте вы, капитан! Что вы играетесь? Убийство есть убийство, давайте двигаться дальше.
– Дальше двигаться особо некуда.
– Что значит «некуда»?
– Согласно информации с «Пионера Сахалина», к устранению Грабова никто из экипажа не причастен.
– Что значит «согласно информации с “Пионера Сахалина”»?
– Это значит, что я получил такую информацию и у меня есть все основания ей доверять. По крайней мере, до сегодняшнего дня источник информации меня ни разу не подводил.
Ага! Значит, пока мы с Ганиным парились и тянули жилы из Нариты, Осима встретился со старпомом-дистрофиком.
– Вы что, с этим, как его… с Сыровым разговаривали?
Осима постарался никак не отреагировать на разоблачение своего информанта, но по его деланому равнодушию было понятно, что я попал в яблочко.
– С кем я разговаривал, не имеет значения. Но разговор был, и из этого разговора окончательно стало ясно, что Грабова свои убить не могли.
– Кого мы отнесем к его «своим»?
– Во-первых, моряков.
– Всех?
– Я думаю, всех.
– Хорошо, допустим. Во-вторых?
Ох уж мне это сегодняшнее «во-вторых»!
– Во-вторых, Мацумото и его компанию.
– То, что они не «мокрушники», а мудрые пастыри наивных рыболовов, еще ни о чем не говорит.
– Говорит. Оказывается, вчера Грабов и Мацумото договорились о том, что в этом сезоне Грабов будет сдавать Мацумото краба по пять тысяч за тонну.
– Почему так дешево?
– Так они договорились.
– То есть Грабов опять возвращался к «перестроечному» демпингу?
– Что-то вроде того. Но инициатива здесь принадлежала Мацумото.
– То есть он попросил Грабова сбросить цену?
– Да. У Мацумото проблемы с банковскими кредитами, как и у всех нас. Сами знаете, что сейчас с банками творится. И Грабов согласился.
– Тогда получается, что если кому и выгодно было убивать, то самому Грабову.
– Да. В такой ситуации ему было бы выгоднее устранить Мацумото, раз тому удалось каким-то образом убедить его скинуть цену.
– А Мацумото и его «шкафы» после вчерашней договоренности должны были Грабова опекать и лелеять, чтобы, упаси господь, с ним ничего не случилось.
– Так, логично… А в‐третьих есть?
– В-третьих, люди Грабова здесь, в Немуро.
– Это девицы-официантки?
– Марина и Ольга – дочки каких-то грабовских приятелей, они сидят здесь, пока Грабов на коне… Был. Осада и Ямада связаны с Осакой, они ему какой-то там седьмой водой на киселе приходятся. Сам Осака на Грабова молился. Остались только Мори и Такунага.
– Это кто такие?
– Это повара. Мы их сейчас прорабатываем.
– Ну им тоже работу терять было бы невыгодно.
– Да, я тоже так думаю… Вот так вот все и получается.
– Значит, вы все-таки все подводите под Игнатьева?
– Или под Нариту. Вы с ним виделись?
– Виделся.
– И как он?
– Парень как парень. Русский хорошо знает.
В этот момент в дверь постучали и в кабинет вошел коротышка Сиракура. Он мельком взглянул на меня опять откуда-то снизу и без полагающегося в таких ситуациях пиетета поинтересовался у Осимы:
– Вызывали, господин капитан?
– Нет, – искренне удивился Осима.
– А-а, ну извините тогда, Хасаэ-сан что-то не так поняла, – скороговоркой проговорил Сиракура и повернулся ко мне: – А что касается вашего ключа, Минамото-сан, то он, по всей видимости, от «Мазды Лантис».
– Какого ключа? – вздрогнул Осима.
Хитроумный Сиракура испытующе посмотрел на меня, и я простым деловым тоном рубанул:
– Инспектор Игнатьев передал мне ключ от машины и попросил его проверить.
– Что значит «проверить»? Какой ключ?
Осиме явно не нравились мои обходные маневры.
– Да я и сам толком не понял. Странный он, этот ваш Игнатьев. Недомолвки, намеки…
– Ну и что ключ? – решил Осима дать Сиракуре выговориться.
