— Милая, мы скоро будем в Москве. Твой папа под капельницей, сейчас спит, чуть раньше просыпался. Мы поговорили, — устало проговорила женщина.
— Как он себя чувствует?
— Говорит, что хорошо. Но он такой бледный. Я боюсь, Танюш. Очень боюсь. Что же со мной будет без него? — снова всхлипы, и мое сердце опять сжалось. Для каждого ребенка, независимо от возраста, тяжело слышать, как плачет мама.
— Не говори так, мамочка. Его будут лечить лучшие врачи. Он поправится, — уверяла не только ее, но и себя я, чтобы хоть как-то унять страх за отца.
— А ты как? — стараясь сделать вид, что успокоилась, поинтересовалась мама.
— Хорошо. Немного поспим и поедем к вам.
— Ты дома?
— Да.
— А твой начальник?
— Он тоже тут.
— И вы вместе собираетесь спать? — вновь к маме вернулась ее раздражительность, голос стал резким, а значит, опять поссоримся.
— Я уложу Максима в вашей комнате. Ему тоже нужен отдых, ты об этом не думала?
— Таня!
— Или ты предлагаешь выгнать его спать в машине после всего, что он сделал для нас?
— Ты права, Танюша. Конечно, мы не можем оставить твоего начальника спать на улице, но все же мне не нравится, что он с тобой в пустой квартире.
— Мамочка, я прошу тебя! Сейчас не время заниматься такими глупостями. Мы просто хотим отдохнуть и ничего больше. А ты лучше думай о папе, он должен чувствовать твою поддержку.
— Я все время о нем думаю, — она снова шмыгнула носом, и я поняла, что погорячилась.
— Конечно, прости меня.
— Ничего. Кстати, я поговорила с Валентиной, мы можем остановиться в вашей с Андреем квартире.
— Мама, как ты это себе представляешь? — взъелась я. Одно упоминание бывшего мужа безумно злило, а зная свою мать, я не хотела повторения истории, что случилась в новый год.
— Андрей съехал. Квартира пустует.
— Нет. И я не стану это обсуждать! Сергей Борисович же сказал, что тебе выделят гостевую палату. Будешь все время с папой.
— А ты? Тебе можно было бы жить в своем доме.
— Мама, это не мой дом. Это квартира бывшего мужа, которая будет напоминать мне о нем, о его измене, о моей боли. Как ты не поймешь?!
— Хорошо, а где ночевать будешь ты? Вдвоем нам нельзя.
— Я знаю неплохую гостиницу. Сниму номер в ней.
— И потратишь деньги зря! Сейчас нам, между прочим, каждая копеечка дорога.
— Если так, то я лучше буду спать под мостом или на вокзале, но не в квартире Андрея! Тебе вообще не следовало звонить Валентине.
— Но она моя подруга, и, между прочим, все еще любит тебя и считает своей невесткой.
— Я разберусь, где мне жить, но об Андрее и его семье я слышать не хочу. Пожалуйста, давай не будем ссориться.
— Ладно, — мама вздохнула, и мы попрощались.
Сбросив вызов и убрав телефон, я забралась под одеяло, надеясь сразу уснуть. Но тревожные мысли никак не хотели меня оставить. Как бы я ни успокаивала маму, сама прекрасно понимала, что в ситуации с отцом не все зависит от мастерства врачей. Вдруг приступ неожиданно повторится? Что, если на этот раз папе не помогут? Нет! Нет! Нужно гнать эти мысли! Верить в лучшее. Но так страшно… От усталости и переживаний нервы сдали, и я позволила себе расплакаться, уткнувшись в подушку.
Я слышала, как Максим вышел из ванны, его шаги до родительской спальни, скрип кровати, а позже тишину. Он уснул, а значит, я могла больше не сдерживать всхлипы и выплакаться, чтобы хоть немного стало легче. Не помогло…
Тихо скрипнула дверь в комнату. Я знала, что это Максим, но у меня уже не было сил, чтобы к нему повернуться. Говорить не хотелось, поэтому я просто уткнулась лицом в подушку и постаралась не всхлипывать, чтобы он не догадался, что я плачу. Какое-то время ничего не происходило, и я подумала, что он ушел, но в этот момент почувствовала, как рядом со мной прогнулся матрац. Теплая ладонь начальника легла на мою талию, а потом он резко притянул меня к себе. Я охнула от неожиданности.
— Тш… Это всего лишь я, — прошептал Максим, лежа сзади, прижимая меня спиной к своей груди, — не беспокойся, я не позволю себе лишнего. Просто не хочу оставлять тебя одну.
Я молча кивнула и свернулась калачиком в его руках, хватаясь за Максову ладонь, как за спасительную соломинку. Мужчина крепче обнял меня и нежно, чуть касаясь, поцеловал за ушком. Я хотела развернуться и посмотреть ему в глаза, но Максим не дал, прижимая меня к себе. Я сдалась, прикрывая глаза. На душе вдруг стало очень спокойно и тихо.
— Засыпай, Танюша, я завел будильник, через четыре часа выезжаем в Москву, — сказал он и провел носом от моего подбородка к уху, шумно вдыхая, даря непередаваемое ощущение тепла и уюта. В следующее мгновение я уже спала.
Тепло, безопасность, умиротворение — все это так легко найти в объятьях любимого человека. Эти несколько часов в родительском доме, несмотря на все свалившиеся на меня несчастья и передряги, были самыми спокойными в моей жизни. Более того, никогда раньше мне не было так хорошо, как рядом с Максимом.
