— Вано, это перебор. Пошли отсюда, — Игорь схватил за руку надвигающегося на меня Ивана, но тот его будто не слышал, — идем, говорю тебе.
— Опять нянчиться с ним будешь?! — Иван рывком поднял меня вверх, — от заразы надо избавляться сразу. Когда он вырастет, будет слишком поздно. Ты хоть представляешь, что они творят с нашими? Знаешь, как убили моего брата?
— Вано, оставь ее, — Илья подбежал к нам с Иваном и стал оттаскивать от меня мужчину, — Гарик, помоги, иначе он сорвется и придушит и девку, и ребенка к чертям собачьим!
Ивана смогли от меня оттащить. Илья и Игорь увели его в другую комнату, а я тут же заперлась и закрыла окно. В комнате стало невыносимо холодно. Меня всю трясло, не то от мороза, не то от ужаса. Кое-как я добрела до детской кроватки и, взяв Тему на руки, забралась с ним под одеяло. Было страшно, что ребенок заболеет, и никто не сможет ему помочь.
Имя, которое я выбрала для мальчика, стало его оберегом. Малыш не заболел, несмотря на то, что так промерз ночью. Я слышала, что маленькие дети легче переносят холод, и теперь получила тому доказательство. Мне же повезло меньше. Уже наутро горло болело так, словно я проглотила моток колючей проволоки, а голос совсем сел. Но даже в таком состоянии я не могла себе позволить расклеиться. Нужно было думать о ребенке, тем более, шел пятый день моего пребывания в этом доме.
Вопреки моим надеждам, Максим не приехал ни в этот день, ни на следующий. Уже неделю я была в компании трех выродков, неделю я практически не спала, питалась консервами и быстрорастворимой лапшой. После той ночи, когда Темку чуть не застудили, я с ним не расставалась. Все, что могла, перетащила к нам в комнату, а если приходилось выходить — только с ним на руках. Даже в ванной я оборудовала старый таз под люльку, куда укладывала малыша, пока была в душе.
На восьмой день заключения в доме я открыла последнюю пачку подгузников, понимая, что скоро мне придется чаще стирать пеленки. Это стало бы большой проблемой, потому что из-за холода белье плохо просыхало. Заканчивались и запасы детского питания. Выбора не осталось, нужно было обратиться к моим соседям, ведь Максим не разрешил мне взять с собой телефон.
— Он такой троглодит? — недовольно поинтересовался Илья, которого мне удалось чудом застать одного.
— Мы здесь дольше, чем говорил Максим.
— Расслабься. Босс сегодня вернется.
— Максим приезжает сегодня? — мне не удалось скрыть радость в голосе. Я уже теряла надежду, что этот ад когда-нибудь кончится.
— Звонил утром, — хмыкнул он и почесал подбородок, — да… ты же понимаешь, что о наших забавах с мальчишкой ему знать не следует?
— Я ничего не скажу, если гарантируешь, что до его приезда никто из вас и близко не подойдет к Теме.
— Договорились.
Я снова заперлась в комнате. Теперь оставалось только ждать приезда моего начальника. Одновременно с радостью, я почувствовала и грусть от скорого расставания с мальчиком, ведь сильно к нему привязалась. Последние дни в этом ребенке был смысл моей жизни. Если бы не он, я бы давно сломалась. Устроив малыша рядом с собой на постели, я укрыла нас одеялом, и мы уснули.
Максим приехал вечером. Мы с Темкой крепко спали, поэтому я не слышала, как он вошел в дом. Громкий стук в дверь разбудил нас обоих, и малыш заплакал.
— Таня, это Макс, открой, пожалуйста, — его спокойный голос был лучше всякой музыки.
— Максим, — с улыбкой я распахнула дверь, но тут же нахмурилась, увидев коренастого мужчину, что стоял рядом с моим начальником.
— Поехали. Твоя работа окончена. Отдай ребенка Мише, — он кивнул на своего спутника.
— Кто это? — недоверчиво спросила я, крепче прижимая к себе Темочку.
— Не твое дело. Таня, отдавай ребенка, и поехали! — разозлился Максим и попытался забрать мальчика, но я попятилась вглубь комнаты.
— Я не отдам Темочку, пока не узнаю, кто этот человек, и что с моим мальчиком все будет в порядке, — прошипела я.
— Темочка? Твой мальчик?! Я же сказал тебе не привязываться! — Макс стал надвигаться на меня.
— Я не отдам ребенка!
Забившись в угол с плачущим Артемом на руках, я была готова отбиваться от Максима, пока у меня хватит сил. Но он не стал подходить ко мне. Остановившись в центре комнаты, он позвал своих людей. Иван, Илья и Игорь, как верные псы, тут же примчались.
— Держите ее, а я заберу ребенка! — велел босс.
Как бы я ни старалась удержать Тему, как ни кричала, силы были неравны. Мужчины схватили меня и стали разжимать руки. Малыш крепко сжал кулачками мою толстовку, будто чувствовал, что его у меня забирают. Максим подошел и легко вырвал у меня ребенка. Он передал малыша своему спутнику, и тот вышел из комнаты.
— Прекрати, Таня, иначе ребята тебя мигом успокоят!
— Ублюдок! Что ты собираешься сделать с Темой? Куда ты его понес? — по лицу, обжигая, текли слезы. Стараясь вырваться, я орала, как только могла, но Максим не обращал внимания, — ты же сам отец!
Он остановился и резко развернулся, метнув в меня злобный взгляд.
— Успокойте ее! — жестко сказал он; я почувствовала сильный удар по лицу, и перед глазами все потемнело.
