Смотря на них всех, тяжело дышащих и счастливых, я поняла, что хотела с ними кое-чем поделиться.
– Ребята, у меня есть новость.
София посмотрела на меня таким взглядом, которого я не ожидала.
– Только не говори, что ты опять залезла куда-то, потому что если ты еще раз…
– Нет, – прервала я ее и покачала головой. – Я возвращаюсь на третий курс.
Им потребовалась пара минут, чтобы понять, о чем шла речь; я и сама улыбнулась лишь спустя несколько секунд, будто бы эта новость удивила меня саму и эта идея возникла только сейчас.
Я отчетливо видела его. Впервые за долгое время я видела перед собой четкий путь; все его ответвления, возможности и объездные пути были для меня открыты, и я могла по ним пройти со временем.
Время.
Теперь оно у меня было.
Возможно, оно было всегда, а может, и нет. У меня была возможность. Я не хотела больше ждать, ведь в конце концов я могла ее лишиться.
– Элена! Это же замечательно! – воскликнула Ева, первой отошла от стены и обняла меня.
При этом она изрядно вымокла, но, казалось, ее это совершенно не волновало.
– Это же замечательно, не правда ли? – спросила она, когда поняла, что ни София, ни Нико никак не отреагировали.
– Конечно! – закричала София, выйдя наконец из транса. – Конечно, это здорово!
Она тоже подошла обнять меня, и Ева шагнула в сторону, чтобы дать ей место, хотя я уверена, что София была бы рада шансу обнять и Еву тоже.
– Мне нужно будет пересдать все экзамены, которые я завалила, и все те, на которые я не явилась… Возможно, сдать все сразу я не смогу. Скорее всего, мне не разрешат пересдать их в сентябре, и мне придется снова проучиться на втором курсе…
– Неважно! – прервала София, голова которой все еще лежала у меня на плече. – Мы тебе поможем. Я буду с тобой заниматься столько, сколько надо, у нас все получится.
Нико подошел, чтобы взять меня за руку. Он подождал, пока София закончит меня обнимать. Он просто смотрел на меня блестящими глазами, улыбаясь, а я все сильнее нервничала.
– Нико, если ты так и будешь молчать…
Он присел, чтобы поднять меня, и ухватил за попу. Я же, чтобы не потерять равновесие, схватилась за его плечи. Он стал меня кружить, а я в это время кричала.
Он сделал несколько шагов вперед, продолжая кружить меня и смеяться. Мы отошли от стены так далеко, что попали под дождь.
– Нико! – возмущалась я, умирая от смеха. – Нико, мы сейчас насквозь промокнем!
Он поставил меня на землю, но не дал мне уйти, хотя я и не пыталась. Мы так и стояли, обнявшись, под дождем, на который нам было совершенно наплевать.
– Я очень тобой горжусь, – сказал он мне, стоя лицом к лицу.
– Не знаю, чем это обернется…
– Ты же знаешь, что, даже если бы ты приняла любое другое решение, я бы все равно гордился тобой?
Я подняла на него глаза. Я это понимала.
– Потому что это уже какой-то план, – прошептала я.
– Потому что это уже какой-то план, – подтвердил он, поцеловал меня в лоб, а потом в нос.
Я запротестовала, и в этой неразберихе Нико взял меня за руку и притянул к себе. Он крутанул меня, и вот мы уже танцевали.
– Вы что, так и будете торчать там и смотреть на нас? – вдруг сказал он, давая мне понять, что Ева с Софией все еще стояли там, под навесом.
Я видела, как они переглянулись и, вопя, побежали к нам, встали посреди тротуара и начали танцевать вместе с нами. Вместе.
Меня накрыло ощущение эйфории, целостности, мне хотелось смеяться и кричать… В конце концов эти эмоции так сильно меня захлестнули, что я не смогла сдержать слез, но никто этого не заметил.
– Мне кажется, на нас все пялятся, – хохоча, заявила София.
– Это потому, что мы танцуем не под музыку, – предположила Ева и достала из сумки наушники.
София достала еще одни и дала их нам с Нико.
Нам даже не пришлось обсуждать, какую песню мы включим.
Нико выбрал «Любовник» Тейлор Свифт, мы обнялись и стали танцевать под мелодию, которую очень хорошо знали. А в это время Ева и София танцевали, прыгали, крутились и сходили с ума под совершенно другой ритм песни «Хо хей» группы «Люминерс»[30].
Люди смотрели на нас косо, но нам было все равно.
Потом, по дороге домой, Нико снял куртку и укрыл меня ею от дождя. И хотя мы оба вымокли, пока мы шли домой, Нико промок и вовсе до нитки.
София сдержала свое обещание: моя успешная сдача экзаменов стала для нее чем-то личным, похожим на обязательство, и мне даже пришлось пару раз напоминать ей, что она вообще-то была на каникулах и нуждалась в отдыхе.
На самом деле тем летом все принимали участие в моей подготовке. Особенно Нико, который, пока я занималась, заботился обо мне, хотя и не был обязан это делать.
Он готовил завтрак, если оставался у меня на ночь, а в остальные дни заходил в гости, чтобы узнать, как у меня все продвигается. Если мы собирались всей компанией, мы вдвоем уходили пораньше, и он провожал меня до дома, а если я проводила дома слишком много времени, то он заходил за мной и силком вытаскивал на улицу, чтобы я глотнула свежего воздуха.
Своим родителям я рассказала обо всем только в августе.
