Я вынырнула на поверхность и оглянулась вокруг. Океан был повсюду. Песчаный берег исчез за горизонтом, и я качалась на волнах, бездумно разглядывая небо.
Пролетела одинокая птица и, увидев меня, медленными кругами спустилась вниз, едва шевеля уставшими крыльями. Я позволила ей отдохнуть на моей голове, а в благодарность она клюнула меня в лицо, едва не лишив меня глаза.
Я рассердилась, и птица с квохтаньем поднялась в небо, оставив мне на память чёрное перо из своего хвоста. Я не собиралась прощать птице её наглость и направилась за ней, с шумом и плеском выпрыгивая из воды.
Воздушные струи подхватили меня и с готовностью понесли вперёд. Вскоре я настигла нахалку, но она стала кричать и жаловаться, что голодна, а мой глаз мог бы стать прекрасной закуской, в конце концов, у меня ведь оставался другой глаз…
Мне стало смешно, и я оставила беглянку в покое.
На горизонте показалась гладкая макушка скалистого утёса, и я направилась к нему, рассекая плечом встречный ветер.
Утёс встретил меня неприступным молчанием и откровенной враждебностью. Его холодные камни осыпались под моими ногами, а из гладких стен с шипением высовывали узкие головы хладнокровные гады.
Один из них получил кулаком прямо в нос, и шипение прекратилось, но гладкая площадка под моими ногами предательски задрожала.
— Перестань!
Я так давно не слышала звуков своего голоса, что сама удивилась. Утёс тоже удивился, и его враждебность сменилась сдержанным любопытством. Я не пыталась наладить с ним отношения. Ещё чего! Старый истукан бесится от многовековой скуки, я для него просто подарок, нежданное развлечение и потому всё, что я ни сделаю, он скушает и не подавится.
— Так-то лучше, — проворчала я.
Я села и прислонилась спиной к холодному камню, наблюдая, как яркий красочный день сменяет глубокая ночь.
На небе появились первые звёзды. Стремительные кометы прочертили небосвод, и яркие блики далёких планет заиграли на океанских волнах. Утёс рассказывал мне долгую историю своей жизни, а я слушала и не слышала, продолжая разглядывать звёздное небо. Снова день пришёл на смену ночи, и жаркое солнце согрело своими лучами холодные камни, а я всё продолжала сидеть, вбирая в себя и солнечный жар, и холод камня, и солёные брызги океана.
Я просидела так долго, что утёс вновь перешёл к началу своего повествования, но тут небо расступилось, звёзды стайкой хлынули в бездонное отверстие и мир зашевелился, заворочался, раздуваясь и наполняя собою безграничное пространство.
Волны внизу заволновались и помчали тонны воды к берегу, затопляя пологие берега, разбиваясь о прибрежные скалы, хороня в своих глубинах всё, что попадалось на их пути.
Мой утёс задрожал, завибрировал под натиском свирепых волн и кинул в воду огромные обломки скал. Но, что это было для взбесившихся волн! Песчинка, упавшая в бездну.
Утёс издал грозный рык, и из недр его вырвалось пламя. Огненная лава с шипением и паром взметнулась вверх так близко от меня, что я вздрогнула. Пепел, огонь, грязь и вода — всё смешалось в дикой, первобытной пляске. Обжигающий поток в мгновение проторил себе дорогу среди нагромождения скал и пролился в бушующие волны.
Грязный пар заполонил всё вокруг, затмевая свет, затрудняя дыхание. Звери выползли из своих нор, птицы покинули свои гнёзда. Все кричали, пытаясь найти себе спасение и не находили его: падали, обожженные огнём, тонули в пучинах волн.
Обезумевшая от страха мелкая тварь, похожая на облезлую кошку, бросилась мне на руки, молила о спасении. Я осторожно положила её на камни. К тому моменты они были так раскалены, что тварь взвизгнула от боли и вцепилась зубами мне в ногу. Отброшенная хлёстким ударом она отлетела и ударилась о скалу. Визг её потонул в грохоте волн и шипении огня.
Я взобралась на самую верхушку утёса, балансируя на каменной площадке, такой узкой, что мои ступни едва умещались на ней.
Ветер пытался скинуть меня вниз в бездну бушующих волн. Молнии яростно сверкали вокруг, грозя испепелить меня, расколоть на тысячу кусков, а я всё стояла на хрупком обломке скалы, не в силах отвести глаз от величественной и жестокой картины, развернувшейся передо мной, жадно вбирала в себя силу ветра и энергию огня, ловила руками солёные капли океана.
Этот мир перестал быть зародышем, веками дремлющим на задворках вселенной. Новый мир проснулся, издал первый крик и принялся стремительно расти, пробуя свои силы. Мне не было места в этом мире. Пора было уходить.
Я закрыла глаза, преломляя реальность, и руки мои коснулись влажных сырых стен.
Я стояла в пещере То, находясь ещё по эту сторону мира. Снаружи бушевала стихия, рождённая свирепым натиском волн.
Здесь тоже горела земля. Стволы вековых деревьев ломались под напором ураганного ветра. Прибрежный песок смерчем взметнулся в небо и рассыпался сухим ливнем. Горсть песка попала в пещеру и ожгла мне щёку.
Холодный дождь пришёл на смену горячему смерчу, но тот не хотел уступать и снова две стихии вступили между собой в смертельную схватку, сметая всё на своём пути.
