Брынза отдал команду следовавшим за ним людям остановиться, а сам подошел к нам с докладом. Из его доклада следовало, что по дороге, на разведку которой они ходили, постоянно, кроме темного времени суток перемещаются колонны врага. В населенных пунктах возле дорог находятся немецкие части. Установить постоянный это состав, или просто отдыхающая по дороге часть, они не смогли. Причем такое было не в одном населенном пункте, а в нескольких. В одном из поселков видели виселицу, с висящими на ней мужчиной и женщиной. Посетили пару отдаленных от дороги хуторов, там немцев не было. На одном из хуторов им повстречался пришедший с ними мужчина, который пытался выдать себя за местного. Но его говор, и построение фраз явно выдавали в нем не того за кого он себя выдает. Ну а после разговора, с хозяйкой хутора, вернее после обмена у нее на продукты небольшого рулона ткани, добытого в свое время у гитлеровцев, выяснилось, что данный человек появился на хуторе дней десять назад, попросившись на постой, да так и остался. Немцы на хуторе не появлялись, кроме одного раза, но это было еще до прихода постояльца. А тот попросил ее, если появятся немцы говорить, что он ее родственник, подарив часы и золотое кольцо. Брынза принял решение забрать подозрительного гражданина с собой. А чтобы тот чего не натворил, нагрузил его выменянными у хозяйки хутора кастрюлями и мешком со всевозможными овощами: огурцами, салатом, петрушкой, всем, чем поделилась хозяйка в обмен на ткань, она даже раннюю капусту дала, как раз у нее на огороде поспела. Вот это все, утрамбовав, в сидор, кроме картошки, ее нес в своем вещевом мешке сам Брынза, и поручили нести подозрительному гражданину, а чтобы не возникло эксцессов, сзади с заряженным карабином и снятым предохранителем шел Фриш.
В это время к нам подошел наш начальник тыла с одним из красноармейцев, которому и были переданы все принесенные разведгруппой продукты питания, а также предметы хозяйственного обихода. После чего боец ушел, а вот Петра Фроловича Воскобойникова я попросил задержаться, собираясь допросить приведенного разведчиками человека. Что-то мне подсказывало, что его опыт при общении с тем человеком будет явно не лишним, я еще подумал позвать нашего милиционера Ковыля, но потом решил не отрывать человека от работы.
- Зови этого индивида, обратился я к Брынзе.
Брынза отошел от нас и буквально чрез полторы минуты подвел к нам приведенного им в отряд человека. Тот шел не особо охотно, посему пограничный старшина придал ему некое ускорение с помощью приклада своей Беретты.
- Как вы смеете! - Первое, что услышал я и стоявшие возле меня члены отряда.
- Лейтенант Стогов, командир отряда Красной Армии, представился я, - для начала разговора.
- Подполковник Резун. - произнес человек одетый в цивильный костюм.
- Предъявите, пожалуйста, ваши документы. - Продолжил я, снова обращаясь к стоящему передо мной человеку.
- Лейтенант, ты дурак? С тобой разговаривает подполковник. - На упитанном лице явно читалось удивление, от того, что я не стою во фрунт, и не ем его глазами.
- Предъявите, пожалуйста, ваши документы, - уже с нажимом в голосе произнес я.
- Откуда у меня документы! Я начальник штаба N-ского полка. Полк разгромлен, я чудом спасся.
- А Вы член партии? - Это уже влезает в разговор Сорокин.
- Разумеется.
- Предъявите, пожалуйста, партийный билет.
- Вы тут, что все белены обелись? О каких документах может идти речь, НАШУ ЧАСТЬ РАЗГРОМИЛИ! - вскричал якобы подполковник.
- Значит, у вас нет ни формы, ни документов, ни партийного билета, но вы называете себя подполковником Красной Армии. - Снова, беру нить разговора в свои руки.
- Разумеется, форму пришлось снять, а документы уничтожить, чтобы не попали к врагу.
- Интересное решение вопроса. Петр Фролович, у Вас документы есть, обращаюсь к стоящему за моей спиной однорукому интенданту 1 ранга.
- Конечно, Степан Митрофанович, - отвечает Воскобойников.
- А у Вас товарищ комиссар? - Обращаюсь к Сорокину.
- Все, как и должно быть товарищ командир. - Тут же отвечает комиссар.
- Почему же у вас нет? - Снова обращаюсь к допрашиваемому.
- Перестаньте Ваньку валять, лейтенант, - слово лейтенант из уст штатского полковника, точнее якобы полковника, в штатском прикиде, звучит как оскорбление.
- Я, ТУТ, простите, никого не валяю, а командую, боевым отрядом Красной Армии, о причастности к которой, вы только, что заявили, но подтвердить данное заявление, ни чем не можете.
- Немедленно дайте команду меня отпустить, я старше вас по званию.
Разговор с Резуном, оставлял после себя мерзкий осадок, так как было понятно, подполковник он или нет, это не суть важно, а вот, что он сбежал с поля боя, бросив форму и спрятал, или сжег документы, это то как раз и не вызывало сомнений.
- Уведите этого, - кивнув на Резуна, приказал я Брынзе.
- Вот уж экземпляр, - произнес задумчиво Воскобойников.
