В летаргию и обратно полностью

Я все время прислушиваюсь к себе и спрашиваю: могла ли я еще год назад, еще даже полгода назад, представить, что моя жизнь будет такой, как теперь?…

Вряд ли.

Нравится ли мне то, что есть в моей жизни сейчас?

Не знаю.

Мне до сих пор страшно. В моей жизни все так же много неизвестности – и сейчас и впереди. Я не знаю, чего ждать, во что выльется эта моя идея романа, книги-гида по Киеву, и вообще всего. В моей жизни появились какие-то новые люди, и я пока не знаю, как к ним относиться.

Я ничего не знаю.

Я все так же иногда утром хандрю о том, что не иду в привычный офис (кто же все-таки сказал, что привычка формируется за двадцать один день?… Это не так: у меня уже пошли семьдесят шестые сутки, а все без толку). Отчего-то лезет в голову, что время безвозвратно уходит (черт бы побрал тот эксперимент с окончанием жизни!), а я беспомощно лежу. Я все так же с грустью смотрю на спешащую мимо меня городскую толпу и провожаю ее долгим взглядом: эти люди знают, куда торопятся, их ждут в офисах, в классах, кельях и дома – домашние, братия, друзья, коллеги, нагоняи от боссов; их жизнь привычна и стабильна. Они планируют встречи, конференции, молебны или зачетные сессии, отпуск, дни рождения, свадьбы, крестины или просто сабантуи без повода. По воскресеньям выбираются всей семьей в парк, в центр или за город. ОНИ ЧЕГО-ТО ХОТЯТ И ЧТО-ТО ПЛАНИРУЮТ.

И в конце каждого месяца их ждет ЗАРПЛАТА (которая все же важна, несмотря на мои нынешние защечные запасы).

А я лишена всего этого.

Как и того, что раньше пусть и призрачное, но все-таки ощущение своей полноценности (например, через «дока в профессии» или «сильный пиарщик») существовало. А теперь этого нет – я оставила его в прошлом. А нового – чего-то вроде «не самый последний писатель», «авторитетный экскурсовод» или подобного – не нажила.

Если все же поискать хорошее в моем нынешнем положении (а иначе вообще зачем я все задумала?…), то что я имею?…

Во-первых, у меня сейчас однозначно больше свободы действий. Больше свободного времени, чем у людей, живущих по расписанию. Я, пожалуй, стала жить медленнее, как того хотела и записала в свой желтый блокнот. Во-вторых, я больше пишу. Больше брожу по городу – не знаю, значительный ли это плюс, но раньше мне несколько не хватало свободы передвижений. В своей прежней жизни в спешке я, скорее всего, не обратила бы внимания, к примеру, на золотозубого дедулю из кафе – просто протрусила бы рысаком мимо, язык на плече, на очередную деловую встречу.

Сейчас я высыпаюсь, больше расслаблена, реже ощущаю тяжесть в затылке от мигрени. Мое тело точно стало более здоровым, чем прежде.

Да, я все так же впадаю в ступор, хандру или безнадегу, но сейчас это все-таки как-то по-другому. Изредка (действительно нечасто), но все же ощущаю некоторое удовлетворение от того, какова теперь моя жизнь. Иногда нравится и то, что теперь могу сказать: я вне того колеса, которое ненавижу. Еще не знаю, где точно, но не в колесе офисной рутины – это определенно.

Кроме того, я знаю, что кроме меня никто за меня ничего не сделает . Ничего не изменится, если я не пошевелюсь. Нет Викторов на работе, Антонов – с кастрюлей и тряпкой дома.

Только я.

Поэтому утром силой вытаскиваю себя из постели и запихиваю в душ. Нередко, когда погода дрянь, мне требуется вся сила воли, на которую я только способна, чтобы отправиться в качалку в Гидропарк. Не всегда мне можется писать, но я наблюдаю за городом или открываю любимых авторов и с упоением возвращаюсь к заветным строкам, а то звоню Y или Кире поговорить «за жизнь» – и вот уже рождаются абзацы.

И самое, пожалуй, главное: я все-таки чувствую, что изменения происходят. И – странно, но правда – ТЕПЕРЬ ОНИ ОТ МЕНЯ НЕ ЗАВИСЯТ. Маховик вертится, весна наступает без моего участия, все понемногу преображается. Этому пока нет прямых доказательств, но я чувствую.

Потому я затихла и жду. Просто иду за этим потоком изменений. Пока он еще тонкий и несмелый, но чем дальше, тем больше и больше подхватывает меня и уносит за собой.

Не знаю, куда. Но он меня несет.

– Но тебе н-нравится? – спрашивает меня Кира.

Не знаю. Пожалуй. Но все-таки страшно.

– Если все это получается легко и не напрягаясь, то, как мне к-кажется, ты в своем потоке, дорогая…

Уф, теперь две другие версии о злобной старухе на Бессарабском рынке наконец-то можно показывать Y.

Версия первая.