В лучах заката полностью

– Со «мной»? Представь себе, я обнаружил, что кое-кто отправился наружу, чтобы его убили, а с ним еще двоих! Ты что, и правда такой тупой? – набросился на него Коул, яростно жестикулируя. – Надеюсь, что оно того стоило. Надеюсь, что ты чувствуешь себя отлично, в очередной раз изобразив из себя героя. Ты же чуть не провалил операцию! Кто-то мог проследить за тобой, когда вы возвращались. И, может, кто-то наблюдает за этим зданием прямо сейчас!

Наконец настал тот момент, когда Лиам был уже не состоянии сдерживаться. Парень так пихнул Коула, что тот врезался спиной в пустой книжный шкаф, а потом зажал его локтем.

– Изобразив героя? А что насчет той хрени, которой ты тут постоянно занимаешься? Ходишь вокруг, раздаешь приказы, будто у тебя есть хоть какое-то право приказывать этим детям. Или ты знаешь, что они чувствуют или через что они прошли!

Коул иронически усмехнулся, и на секунду мне показалось, что он сейчас откроет брату свой секрет, просто ради того, чтобы Лиам подавился своими словами. Чтобы увидеть потрясение и ужас, которых так долго боялся.

– Я справился, – выплюнул Лиам. – За нами не следили, никто нас даже не видел. Я проделывал это тысячу раз, в адовых местах похуже этого, и каждый раз я справлялся. И я сказал бы тебе, если бы ты обращался со мной как с человеком. Человеком, который хочет и может работать, а не сидеть, ковыряясь в заднице, и ждать, пока о нем кто-то позаботится!

Лиам был прав. Из всех, кто сейчас собрался на Ранчо, именно он был самым опытным в таких вылазках. Группа снабжения в Ист-Ривере обеспечивала лагерь едой, лекарствами и одеждой тем, что просто грабила фуры, подстерегая их на шоссе.

– Ты ведешь себя так, будто тебе и правда не все равно. Почему? – продолжал давить Лиам, и его голос срывался. – Ты годами делал вид, что меня не существует, всегда думая…

– Ты понятия не имеешь, о чем я думаю! – рявкнул Коул, наконец, освободившись от его хватки. – Ты хочешь знать? Правда? Так я тебе скажу: как я скажу маме, что еще один ее ребенок погиб?

Эти слова будто выжгли весь кислород в этой комнате. Лицо Лиама побледнело, и рот его приоткрылся.

– Ты заставил меня сказать ей об этом, не забыл? Ты рыдал так, что не мог остановиться, даже не мог уйти из комнаты Клэр. Мне пришлось сделать это, потому что мама уже делала ей сэндвич и собирала ее коробочку для ланча.

Я прикрыла рот рукой. Страшно было даже представить, через какой ужас они прошли. Покачнувшись, Лиам попятился назад. Наткнувшись на стол, он вцепился в него руками. Я видела его потрясенное лицо. Потом он прижал к нему ладони.

– Прости… Боже, прости, я не подумал… Я просто хотел хоть что-то сделать…

И хотя я уже успела увидеть множество оттенков гнева Коула, я все равно не ожидала, что его лицо и голос могут стать такими пугающе холодными.

– Единственная причина, по которой ты здесь, это только потому, что я не знаю, где обосновались мама и Гарри, и я не могу отправить тебя прямо к ним. Что?

По глазам Лиама всегда было легко прочитать его чувства: каждая мысль отражалась на его лице. Даже до смерти перепуганная девочка, которую все отвергли и предали, – и та готова была довериться ему. Зная, что в его словах нет задней мысли, и любое предложение исходит только лишь из искреннего желания отдать. И никто потом не попросит тебя об ответной услуге. Я часто задумывалась: как же это больно: иметь сердце, которое чувствует все так глубоко, и не иметь возможности полностью скрыть даже самое сокровенное.

Когда Коул упомянул имена родителей, Лиам поднял на него глаза. И я помертвела. Потому что, увидев его лицо, Коул понял все. Как поняла и я.

«Лиам не сказал Коулу», – задохнулась я, не в силах этого понять. И тот, и другой знали, что их мама и отчим, когда им пришлось скрываться, и они покинули свой дом в Северной Каролине, взяли себе фальшивые имена – Делла и Джим Гудкайнды. Однако поиск в интернете и в телефонных справочниках так ничего и не дал. И когда Зу рассказала Лиаму о встрече с их матерью, Лиам должен был сразу прийти с этим к Коулу…

– Ты знал! – На этот раз Коулу удалось ударить брата. И ледяная маска слетела с него в тот же момент, когда его кулак врезался в подбородок Лиама. – Охренеть, ты врал мне прямо в глаза! Где они?

– Прекратите! – крикнула я. – Перестаньте, оба!

Лиам рванулся навстречу. Я увидела, как он отводит руку назад, как сверкнули его глаза, и тоже бросилась вперед. Я успела втиснуться между ними, когда Лиам нанес удар, и загородила собой Коула. Лиам по-прежнему пылал яростью, готовый к новой атаке, но потом внезапно пришел в себя, словно какой-то морок спал с его глаз. Он резко вдохнул, словно освобождаясь от обиды и от боли, и с ужасом оглянулся. Мне пришлось ухватить его за рубашку, чтобы он в тот же миг не вылетел из комнаты. Другой рукой я остановила Коула, чтобы и он не двинулся с места тоже.

– О боже, – хрипло сказал Лиам. – Зачем ты… это было так глупо…