– Значит, не можешь обещать, что на порог его не пустишь?
– Не могу, пап… – опустила голову Марина. – Я ему верить начала …
– Эх, – отстранился отец. – Мать вот узнает…
Марина промолчала. Об этом она сама очень и очень беспокоилась.
***
Двое суток Андрей не выходил со двора. Думал, читал, возился во дворе. В первый же вечер неистово потянуло к Марине, он напряг всю силу воли, едва сдержался, чтобы не пойти. Понимал – нельзя так сразу, пускай Марина хоть как-то отойдет от тяжелого разговора с родителями (он ведь наверняка был), от злых уличных пересудов, которые просто не могли до неё не докатиться. Пусть побудет одна, пусть привыкнет к мысли о том, что тайна их уже не тайна, что людская молва вновь связала их покрепче, чем они себя сами. И может быть придет ей в голову мысль, что от судьбы не убежишь…
На третью ночь он пошел к ней. Хотел сделать это демонстративно, еще с вечера, но внезапно передумал. Неизвестно, как отнесется к этому Марина. Да и дочка её спать ещё не будет, зачем ей это видеть… Пока, во всяком случае.
Стукнул в дверь, Марина открыла почти сразу, даже не спросив, кто там. Андрей вошел в сени, прищурясь от света электрической лампочки.
– Привет… – негромко и виновато произнес он.
– Привет…
– Что ж не спрашиваешь даже, кто там…
– А чего ж спрашивать? – грустно улыбнулась Марина. – Непонятно разве?
– Ну все же…
– Чего ж не приходил две ночи? Испугался?
– Я?!! Чего?
– Ну-у… Молвы людской, например?
Андрей усмехнулся.
– Мне ли молвы бояться?
– Да, это верно…
Они помолчали.
– Знаешь, о чем я всё это время думала? – внезапно спросила Марина.
Векшин поднял голову.
– О чём же?
– О том, что я не знаю главного…
– Это чего?
– Чего? – переспросила Марина. – Чего… Прав Максим, когда говорит, что все у тебя в жизни было. Ну или почти все… Так что же тебя побудило, всё бросить и приехать жить в умирающую, нищую деревеньку?
Андрей переступил с ноги на ногу, тяжело вздохнул.
– Так сразу и не ответишь… Долго обо всем рассказывать, – он подумал и добавил: – Очень долго…
– Все равно придется…
– Мариш…
– Придется, – прервала она его. – Потому что если я этого знать не буду, не буду и верить. Скажу честно: я даже не знаю, поверю или нет твоему рассказу. Но ты должен все рассказать.
Андрей долго-долго молчал. Потом полез, было, в карман за сигаретами. Вспомнил, что находится в Марининых сенях, затолкал назад пачку досадливо. Марина махнула рукой.
– Кури уж…
Андрей закурил, глубоко задумался. Потом остро глянул из синеватого дымка прямо в глаза Марины. Она задохнулась от этого взгляда, настолько пронзительно плескалась в его глазах жгучая, защемившая внезапно её душу, боль…
Андрей медленно опустился на лавку, потер свои уже седеющие виски.
– Ну, слушай…
***
У каждого времени свои идеалы. Но какие бы они не были – они необходимы. Пусть хотя бы только в сознании. Неправы те, кто считает, что иллюзий быть не должно. Неправы, потому что жизни без иллюзий не бывает. Иллюзорный мир обманчив и лукав, но не будь его, куда бы мы возвращались после очередного разочарования? Во тьму, пустоту и одиночество? Нет, какие-то иллюзии у человека должны присутствовать, хотя относиться к ним надо крайне осторожно. Иначе очень трудно жить. В девяностые было отнято все, даже иллюзии. Старые идеалы отняты, разрушены, новых нет. А если нет настоящих идеалов, всегда найдутся мнимые. Поэтому массовый уход крепких, умных парней в криминал объясняется не только одним желанием сладкой жизни. Но еще и подменой настоящих ценностей мнимыми. Проходит время, мнимые ценности разрушаются, но выясняется вдруг, что, поверив в них, ты зашел слишком далеко, и обратной дороги уже нет. Поздно…
…Прошло лихое время, давно закончились кровавые девяностые, и подобные мысли вдруг начали посещать Векшина. Пусть робко, пусть еще даже не вполне осознанно, но они начали появляться. Где-то на уровне подсознания, что-то протестовало в Андрее против давно уже избранного пути. Давно он уже даже не думал о правильности избранного направления, давно уже выдавил из сознания все сомнения, присутствовавшие на начальном этапе. Так почему они начали вдруг возвращаться? Потому что к этому случился толчок.
