— Вот и крепость, — выдохнул Константин, остановившись на краю крутого оврага.
По другую сторону ущелья возвышалось старинное строение. Вековые стены, покрытые мхом и лишайником, не устояли перед натиском времени: повсюду виднелись трещины, а крыши многих зданий обвалились. Трава и деревья уже успели поглотить часть укреплений, словно пытаясь скрыть их от посторонних глаз.
— Не знаю, что нас ждёт внутри, но у меня уже дурное предчувствие, — сказал Константин, глядя на крепость.
Они осторожно спустились в овраг и поднялись на другую сторону, оказавшись на территории крепости. Здесь, в этом заброшенном месте, всё дышало запустением.
Златокрыл взлетел выше и, скользнув к центральной постройке, стал указывать путь. Он явно чувствовал остатки магической силы и оккультные артефакты, оставшиеся от прежних хозяев.
— Она больше, чем кажется, — заметила Фэн, глядя на уходящие в глубь леса строения.
Они вошли внутрь. Стены центрального здания покрывал густой слой мха, местами проросшего мелкими растениями. Сквозь разбитые окна струился тусклый свет, подсвечивая влажный пол. Фэн замерла: на каменных плитах виднелись засохшие следы грязи, отпечатки сапог.
— Здесь и правда кто-то был до нас... Возможно, недавно, — произнесла она, присев на колени, чтобы рассмотреть следы поближе.
Константин внимательно осмотрел помещение и нахмурился:
— Магия. Вся эта крепость пропитана ею, — тихо произнёс Константин, зажигая в ладони огненный шар. Свет плясал по испещрённым надписями стенам, придавая им зловещий вид. — Но это неудивительно. Ведьмаки веками практиковались здесь в заклинаниях и зельеварении.
— А что это за знаки? — спросила Фэн, подходя ближе и пытаясь разобрать хоть один символ.
— Это старый эльфийский язык, — пояснил Константин, проводя рукой по холодному камню. — На нём говорили ещё в те далёкие времена, когда люди позволяли обитателям леса жить на этих землях.
Его пальцы замерли, ощутив странную вибрацию. Лицо Константина помрачнело.
— Пойдём дальше.
Внезапно он сорвался с места, словно кто-то позвал его. Фэн удивлённо замерла, но быстро пошла за ним, стараясь не отставать. Константин двигался с такой уверенностью, будто был здесь раньше, хотя она точно знала, что это невозможно.
С каждым шагом они углублялись в сырой, промозглый мрак крепости. Запах гнили становился всё сильнее. Наконец, путь привёл их к узкому проходу, ведущему в подземелье.
В лицо ударил густой, тошнотворный запах мертвечины. Константин, прикрыв рот и нос рукой, продолжил идти вперёд, кашляя от смрада.
— Константин! — выдохнула Фэн, прикрывая лицо рукавом. Она изо всех сил старалась поспевать за ним, почти бегом двигаясь по скользким камням. Темнота вокруг становилась всё плотнее, словно хотела поглотить их целиком. Только свет чародея позволял хоть что-то видеть.
И вдруг огонь в руке Константина погас.
— Константин… — прошептала Фэн, её голос дрогнул. Теперь она не видела даже кончика собственного меча, который успела вытащить из ножен. — Где ты? Мне страшно… Не...
Резкое прикосновение к её руке заставило её вздрогнуть, но прежде чем она успела закричать, сильная рука Константина зажала ей рот.
— Тихо, — прошептал он ей на ухо, сжимая её запястье. — Здесь кто-то... или что-то. Не шуми.
Его слова обожгли её, но Фэн кивнула, стараясь унять дрожь в теле.
— Пойдём вперёд, — едва слышно добавил он, отпуская её руку.
В пугающей тишине они продолжили путь. Медленно ступая по влажным каменным плитам, чародеи прислушивались к каждому звуку.
Константин вновь зажёг огонь в ладони. Узкий туннель уходил всё глубже, приводя их в забытые ходы, вырытые когда-то ведьмаками. Сотни лет эти маги были последователями Перуна и других древних божеств. Они считали своим долгом раскрывать тайны мироздания, поклонялись силам природы и жили обособленно от остального мира.
Но не все ведьмаки были нелюдимы. Многие помогали крестьянам: делились знаниями о травах, лечили болезни, а иногда даже помогали охотникам бороться с нечистью. Но большая часть ордена увлеклась изучением тёмной магии, и их действия начали внушать страх. Царская власть посчитала ведьмаков угрозой и объявила их изгоями. Их крепости разрушали, а самих магов изгоняли или уничтожали. Всё это происходило на фоне широкой борьбы с чудью. То, что казалось противоестественным простому человеку, должно было исчезнуть.
— Давеча я общался с одним божеством, — заговорил Константин, пока они шагали дальше. — Он рассказывал, что ведьмаки искали способы обмануть смерть. Хотели вытянуть души умерших из царства мёртвых.
Туннель внезапно закончился, и они оказались в просторном каменном зале. Потолок терялся во мраке. Комнату покрывали толстые слои пыли и паутины. На полу валялись кости животных и людей, перемешанные с обломками старой прогнившей мебели.
— Но ничего у них не вышло, — продолжил Константин, осматривая зал. — Смерть нельзя обмануть. Её можно только принять.
— Я не совсем понимаю тебя, — сказала Фэн, настороженно сжимая рукоять меча. Её тоже начало преследовать ощущение чужого присутствия.