Но вся правда в том, что я не очернила бы память своей девочке, если б родила еще детей.
В коридоре щелкает замок и загорается свет. Затем я вижу силует Эрика в проеме двери.
— Спит?
— Да, уснула совсем недавно. Кушать отказалась, но витамины приняла и немного попила водички, — поднимаюсь с постели и подхожу к мужчине. — На работе все решил?
Эрик устало протирает лицо и взъерошивает волосы.
— Все, что было возможно на сегодня. Устал как собака. Я в душ, дождешься?
— Да, а после я к себе.
— Останься, — Эрик притягивает меня за талию, и наши дыхания смешиваются. Он смотрит на меня помутневшим взглядом, от которого у всех девчонок подкашиваются ноги, и я не исключение.
— Не могу.
— Можешь, — настаивает и покрывает легкими поцелуями губы, скулы, целует за ушком. Откидываю голову, чтобы ему было больше пространства для поцелуев.
— Хорошо, — выдыхаю чуть ли не со стоном и я чувствую улыбку на своей шее.
— Сразу бы так.
Но черт возьми, я мужик и я лью слезы, как какая-то бабенка после просмотра слезливого «Титанике» со смазливым Лео на тонущем корабле.
Одно слово, ебаный диагноз. Мое сердце обливается не только горькими мужскими слезами, но и кровью. Я растерзан в клочья.
За что?! Блть, за что? Неужели я заслужил все это? Если заслужил, то почему не я? Почему моя девочка отвечает за мои проступки. Чертов закон бумеранга. Моя малышка. Моя любовь. Я не могу потерять и ее. Я лучше просто сразу сдохну.
С остервенением стираю влагу с лица ладонью и швыряю попавший под руку стул в стену.
— Аааа, блть...— почти скулю, стакан с водой летит за стулом. Меня штормит и я, шатаясь, словно пьяный, кружа по кабинету.
— Что у вас тут...— Людмила замолкает на полуслове, видя мое перекошенное лицо полное гнева и отчаяния.
— Люда! — рычу. — Все дела раскидай по отделам. Решайте все без меня.
Понятливая помощница кивает и скрывается за дверью.
Руки трясутся, я не могу собрать портфель, бумаги разлетаются по полу. Падаю на колени и зажмуриваюсь, надеясь, что когда, наконец, открою глаз0, это все окажется не моей реальностью, а дурацким сном. Но это не гребаный сон. Это моя чертова реальность. Нахожу разбитый телефон на полу, который покрылся паутиной трещин после знакомства со стеной.
— Люда! — кричу во все горло.
Пофиг, что веду себя как пещерный человек лесу. Мне сейчас вообще посрать, как я выгляжу в глазах других.
Люда забегает и смотрит на меня с открытым ужасом в глазах.
— Эрик, что произошло?
— Не сейчас, Люд. Не сейчас. Набери няню. Сейчас же. И переведи на меня.
Не вижу, как Люда кивает, а только как за ней хлопает дверь, а уже через секунду пищит селектор.
— Анастасия Алексеевна, как Маргоша? — пытаюсь держать голос спокойным и ровным.
— Температура поднялась до 37,5. Пьем морс, читаем сказки. В остальном все хорошо.
— Соберите Маргошу, я скоро приду.
— Куда собрать?
— В клинику нужно съездить. Нас там ждут.
Няня больше не задает никаких лишних вопросов, лишь уточняет через сколько ждать, после чего отключается.
Как доезжаю до дома не помню, все как будто в бреду. Лучше бы я поехал крышей, и все это было бредом. Я даже не помню, как созванивался с Кристиной. Но она тут встречает меня возле подъезда.
— Что ты тут делаешь? — выходит немного резко, но Кристина лишь ведет бровью, а после чего просто прижимается ко мне грудью.
— Мне позвонили из клиники, как второму контактному лицу, когда ты не ответил во второй раз.
— Скажи, что это была ошибка, и они позвонили извиниться, — объятия Кристины становятся сильнее, и она мотает головой.
— Мне так жаль…
Отстраняюсь от Серовой и понимаю, что не хочу видеть ее сейчас.
— К черту, жалость! Нахрена она мне?
— Эрик, все обойдется. Лейкоз лечится. Я знаю о чем говорю. Медицина сейчас продвинулась.
— Замолчи! И не произноси этот чертов диагноз! Зачем ты приехала?
Кристина, отшатывается от меня, будто я ее ударил, и ее лицо бледнеет, и до меня слишком поздно доходит, как я груб с ней. Она ведь тут не причем. Но поздно. Кристина одаривает меня таким взглядом, что я готов провалиться под землю.
— Прости...— делаю шаг в ее сторону, но Серова делает шаг от меня, и меня словно окатили ледяной водой, — ты мне нужна. Я не справлюсь один.
Я слабак. Не один мужчина не выстоит в бою, если не будет знать, что его дома ждет его женщина. Мне как никогда нужна знать, что Кристина подставит свое плечо и не даст мне сломаться. Не только ради Маргоши, но и ради нее.
Из правого глаза вытекает одинокая слеза, и Кристина меня зеркалит. Она быстрым движением стирает влагу со своего лица, и в следующую секунду расправляется с моей. Обхватив мое лицо своими ладонями, вглядывается в мои глаза. И могу, честно признаться, чего боюсь. Боюсь того, что она может увидеть полностью сломленного мужчину. Мужчину, который ей не ровня. Не такой сильный, как она.
— Я не уйду, если ты меня не оттолкнешь. Поэтому думай, что говоришь. Но сейчас главное не мы, а твоя дочь. И то,что ты опустил руки, меня расстраивает. Маргоша сильная девочка и она справится, тем более мы будем рядом. Мы все преодолеем вместе.
