Уже на подлете, мы решили перестраховаться и оставшийся путь до замка пройти пешком. Я конечно расстроилась, что не удастся взглянуть на него сверху, но риск попасться на глаза магам, и впрямь был слишком велик. Наверняка они продолжают отираться в его окрестностях, готовясь к визиту императора, ведь любая не обезвреженная ловушка может быть расценена властями, как покушение на монарха.
С другой стороны, мне некуда торопиться. На замок я смогу посмотреть и попозже, когда все эти важные господа отбудут восвояси. Сейчас же нас больше интересовал не внешний облик постройки, а то, что хранится внутри. Удастся ли только туда пробраться? В этом я уже не была уверена так, как раньше.
Мы шли, скрываясь в тени деревьев. Ава, время от времени, улетала вперед на разведку, чтобы вовремя обнаружить подстерегающую нас опасность. Благодаря ее стараниям, мы благополучно разминулись с дозором. Правда, для того, чтобы избежать нежелательной встречи, нам пришлось сделать большой крюк, тратя на обходной путь драгоценное время, но выбора у нас все равно не было.
Невзирая на возраст, бабуля шагала довольно бодро. И если я, спустя два часа, утратила всякое представление о том, где нахожусь, то она точно знала, куда надо идти.
Единственная задержка случилась, когда мы спустились в глубокий овраг. Здесь царили сырость и полумрак. В нос ударил горько-сладкий аромат акумита. Мы одновременно натянули на лица защитные маски, пропитанные соком сироли — единственным средством, способным нейтрализовать действие цветка дьявола, как называли в народе это растение с бледно-голубыми соцветиями, похожими на подснежники, только гораздо крупнее.
Дальше двигались очень осторожно, боясь наступить на растение, сок которого обладал столь разрушительным действием, что даже одежда не защитила бы нас от ожогов.
Остается добавить, что и корни, и листья акумита так же были смертельно опасны для всего живого. Но, как учила меня бабуля, в природе нет ничего бесполезного. И даже самые страшные яды могут служить лекарством от многих болезней, надо лишь знать, как правильно их использовать.
А дальше и вовсе началось что-то странное. Дойдя примерно до середины оврага, бабуля снова остановилась и принялась с интересом осматривать переплетения гигантских корней. Затем скорчила недовольную мину и решительно натянула на руки перчатки. Да не простые, а с защитным покрытием от сока того самого акумита, что способен прожечь дырку даже в железе.
— Отойди в сторону, девочка, — велела бабуля, — не приведи боги, тебя заденет.
Стоило мне отойти, как она извлекла из походной сумки пузырек из темного стекла и, приложив небольшое усилие, вытянула из него стеклянную же пробку, а затем в одно движение выплеснула содержимое на корни. Даже сквозь плотную маску я ощутила отвратительный запах паленой древесины. Скопившаяся в корнях влага возмущенно зашипела и вырвалась на волю облачком ядовитого пара. Не отойди я подальше, лежала бы сейчас мертвой, обезображенной до неузнаваемости. Бабушка, к счастью тоже не пострадала. Она предусмотрительно заняла позицию с другой стороны от очага поражения, и облако пара ее не задело.
— Тебе показалось мало акумита в овраге и ты притащила его с собой? — спросила я возмущенно, пытаясь за резкостью скрыть охвативший меня страх. Последние полчаса и без того выдались напряженными, и к новому потрясению я оказалась морально не готова.
— Я не настолько искусна, чтобы суметь приготовить вытяжку из корней акумита прямо в овраге, — совершенно спокойно отозвалась бабушка. — Для этого мне нужна лаборатория и чуть больше света.
Стало так стыдно, но я ведь и впрямь испугалась.
— Прости, — покаялась я, — не сдержалась.
Мы помолчали минуту, глядя на обугленные корни, почти переставшие шипеть и дымиться.
— Пожалуй, пора, — сказала бабушка и саданула ногой по ближайшей к ней головешке. Та с хрустом переломилась. За ней последовала другая. Тут уж и я присоединилась к забаве. Действуя вместе, мы быстро справились с делом. И нашим взорам предстала полусгнившая дверь, по всему периметру вросшая в землю. По крайней мере, ни ручки, ни петель я, сколь ни старалась, не обнаружила. А может, то была и не дверь вовсе?
Одно не вызывало сомнений, за этим определенно рукотворным препятствием находился проход.
— Теперь твоя очередь, — глядя на меня выжидательно, произнесла бабушка. И, сложив руки на груди, демонстративно отступила назад.
— Увы, пузырька с акумитом у меня нет, — я напротив развела руки в стороны, показывая свою полную неготовность к преодолению этой преграды.
Бабуля возвела очи горе, видимо намекая на мою беспросветную тупость, и милостиво снизошла до разъяснений:
— Защиту на этот проход устанавливал твой дед. Присмотрись повнимательней и тогда ты увидишь силовые потоки. Во всяком случае, я очень на это надеюсь, или мы зря потратили время.
