Диту вызвали к Петру до того, как она собралась идти к нему сама. Ей снова пришлось переодеться, так как платье после Дмитрия было ужасным и пахло гнилью. Пётр смотрел на неё как-то странно. Глаза его хитро блестели, ладони нервно сжимались.
— Я пришла просить за Марис, — с порога сказал ему Дита.
— Кто это, не знаю.
— Девушка в твоём стаде! — Злилась Дита всё сильнее, — ты отправил её на съедение к Дмитрию!
— О, да? Какая жалость, — он сделал вид, что его ничего не волнует.
— Марис жива, потому что я пошла вместо неё, и ты не убьёшь её, ясно? И вернёшь её сердце!
— Ты что мне, приказываешь? — Удивлено спросил Тремер, с недоумением разглядывая нахалку.
— Отдай Марис её сердце! — Тихо и зло сказал Дита.
— Я подумаю. Но зачем мне девственница? Толку с неё мало, любителей таких девиц у нас нет, лишь изредка появляются редкие заказчики. Так что только койку занимает.
— Я прошу за неё! Ты сказал, я ценна для тебя, и сейчас я прошу за Марис! — Дита не хотела так просто сдаваться.
— Ну что ж, я могу согласиться, — Пётр хитро усмехнулся, — но мне тоже нужно от тебя кое-что.
— Я итак даю тебе всю свою кровь!
— Девочка, где твоя вежливость? Я почти согласился сделать тебе одолжение.
— Простите. Я сделаю, что вы хотите, — быстро исправилась она.
— Дмитрий был рад, что ты выжила, и записался ко мне в постоянные клиенты. Он будет питаться только с тебя, — как бы между прочим добавил Пётр.
— Это ваше условие? — Её передёрнуло.
— Нет, милая, это твоя работа. Моё условие… Мне надо кое-что для моего нового ритуала.
Пётр поднялся и подошёл к большой банке, что стояла у него уже не первую неделю. Приоткрыв крышку, он вытащил что-то из неё. В его руке завертелась небольшая чёрная змея, длиною не более локтя без отметин и видимых чешуек. Её шкура напоминала слизня, а не змея.
— Дай мне руку, дитя.
Дита опасливо протянула ему ладонь. Пётр резко схватил её и прижал к пальцу девушки дёргающееся существо. Змея укусила Диту, и девушка попыталась вырвать руку из лап вампира. Но Пётр поднёс укушенное место ко рту и лизнул её, закрывая.
— Зачем!? — Дита хотела вывести яд через рану, но теперь ему некуда было деваться. Палец, рука – всё сразу стало болеть и жечь.
— Как ты вывела яд из своего тела, когда тебя укусил Варан? — Ходя вокруг неё, спрашивал Пётр.
— Дай мне нож, и я покажу! — Дита сжима свою кисть, боясь, что яд подниматься выше по руке.
— Ты ведь можешь сдержать и этот яд? Можешь контролировать свою кровь и отделять своё от чужого?
— Да, могу, — Дита прикрыла глаза стараясь сосредоточиться на своей руке.
— Вот и отлично. Яд в твоём теле – самый опасный яд на Земле, даже укус Варана не сравнится с ним. Контролируй свои потоки. Выведи яд через рот.
— Это... слишком сложно, — Диту трясло, и она покрывалась испариной, не зная, от яда ли змеи или просто от напряжения.
— От этого зависит твоя жизнь сейчас. И в будущем. Я не собираюсь позволять Варану питаться с тебя, если не буду уверен, что ты сможешь пережить это.
— И не давай. Я не хочу кормить очередного урода!
— Старайся, — усмехнулся он, указывая на опухший палец. – Когда яд выйдет через твой рот, наполни этот бутылек — протянул он ей склянку и с равнодушным видом сел за свои книги.
Дита смотрела на свою руку и сосредоточено пыталась видеть свою кровь, как она делала это на корабле. Шаг за шагом она медленно собирала яд змеи в одной точке, освобождая и отчищая свои ткани. Если бы Пётр оставил рану открытой, сделать это было бы на порядок легче. Она бы просто направила всё, что вошло в рану, к выходу. Так она проделала с ядом Дмитрия. Теперь же всё, что она могла – это думать о нескольких каплях отравы, что спешили соединиться с ней и убить её.
Дита сидела почти час, борясь со змеёй в своём теле и подгоняя её ко рту. Через час, когда яд оказался в её языке, она немного прокусила его и сплюнула, кровь из языка и растворённый в нём яд в приготовленную баночку. С облегчением и гордостью она вздохнула. Это было сложное испытание. Пётр одобрительно улыбнулся и, взяв баночку, выпил содержимое. Диту передёрнуло, и она выжидающе уставилась на вампира, надеясь, что тот умрёт от своего же яда. Пётр, словно прочитав её мысли, усмехнулся.
— Я соврал. Яд змеи действует как наркотик, а с твоей кровью он идеально усвоится во мне.
Дита лишь фыркнула. Пётр с довольным лицом подошёл к ней, схватил её руку вновь и приложил змею к её ладони. Тварь, недолго думая, укусила девушку снова.
— ЧТО?! Опять?! — В возмущении закричала она.
Боль вернулась с новой силой, и она стала отчаянно ей сопротивляться.
— Нет, теперь всё проще.
Пётр подтащил её к столу и, вытащив из ящика тонкий длинный нож, отрубил ей руку. Дита вскрикнула, хватаясь за обрубок. А вампир лишь рассмеялся, поднимая отрубленную кисть и слизывая кровь с вытекающей раны.
— Ублюдок, — прошипела Дита, спеша восстановить руку.
— Ты быстро восстанавливаешься, — заметил он, смотря, как отрастает её конечность, — это подсобит мне в моих ритуалах.
