– Он обо всем узнал уже после, – вступается за меня Сикс. – А я понятия не имела, чей это ребенок.
Отец, стоя рядом с матерью, сверлит меня взглядом.
– Как ты мог…
Мать кладет руку ему на плечо, и он замолкает на полуслове.
– Дайте нам пару минут, – просит она.
Мы с Сикс так радовались, что даже не подумали о том, как воспримут новость наши родители. Да, нехорошо. Выходим из гостиной и идем ко мне в комнату, но дверь оставляем открытой, чтобы слышать, о чем они будут говорить.
Начинает отец:
– Под домашний арест его?
– Ему девятнадцать.
Тишина.
– Получается, мы теперь бабушка и дедушка? – наконец говорит мать.
– Мы слишком молоды для такого!
– Конечно. По-моему, они сказали, мальчик?
– Ага, мальчик. У нашего мальчика свой мальчик. У нашего сына есть сын. У
– И у меня, – сама себе не веря, шепчет мать.
Мы с Сикс слушаем и терпеливо ждем, когда они все переварят.
– Я не готова быть бабушкой, – сдавленно произносит мама.
– И тем не менее ты бабушка.
– Интересно, как его зовут?
Думаю, тут мне лучше ответить.
– Маттео! – кричу я через весь коридор.
Из гостиной выглядывает отец. Я настежь распахиваю дверь комнаты, и несколько секунд мы в упор смотрим друг на друга.
– Что ж. – Он взмахом руки приглашает нас обратно в гостиную. – Показывайте фотки.
Мы садимся за стол, и все по кругу передают мой телефон, разглядывая фотографии. Проходит минут десять, и только тогда мама вдруг начинает плакать.
– Какой он красивый!
Сикс вновь сжимает мне руку и сразу сама начинает реветь – не может смотреть, как плачут другие, тут же у самой слезы наворачиваются.
– Простите, что отдала его, – она обращается к родителям. – Я совершенно растерялась, не знала, что делать.
Мама переводит на нее взгляд и тут же вскакивает. Она подбегает к Сикс и, взяв ее руки в свои, смотрит ей в глаза.
– Тебе не за что просить прощения. Сикс, мы тебя очень любим!
Они обнимаются, и, черт возьми, я сам вот-вот разревусь. Хоть иногда и приходится за них краснеть, мне на самом деле ужасно повезло с родителями.
Да что уж там, мне и с сестрами чертовски повезло.
– Хочу на него посмотреть, – заявляет Чанк. – Когда можно поехать?
– Надеюсь, рано или поздно вы все его увидите. Но в первый раз нам лучше поехать вдвоем.
Все единодушно соглашаются, что так действительно лучше.
– Да, совсем забыл… – Я поворачиваюсь к родителям: – Купите нам билеты до Коннектикута?
Из аэропорта мы договорились доехать на такси. Как-то не хотелось, чтобы наша первая встреча с собственным сыном состоялась в зале ожидания.
По дороге почти не разговариваем. Для нас обоих последние три недели были самыми долгими в жизни. Будь наша воля – звонили бы им каждый день. Тем не менее мы сдерживались, чтобы не отпугнуть их такой настойчивостью.
– Неплохой райончик, – замечаю я, когда мы уже почти приехали. Все дома украшены к Рождеству. Оглядываюсь на Сикс: она побледнела и жутко нервничает.
Когда такси останавливается, мы какое-то время еще сидим и смотрим в окно. У них хороший дом. Больше, чем мы с Сикс могли бы себе позволить. Размер, конечно, не важен, но я не могу отделаться от мысли, что хочу для своего сына только лучшего.
– Готова?
Сикс качает головой. Глаза покраснели – она едва сдерживает слезы.
Это важнейший момент нашей жизни, и нам страшно до жути. Таксист, очевидно, этого не замечает.
– Слушайте, мне не платят за то, чтобы вы тут сопли разводили, – бросает он.
От его слов я свирепею и луплю кулаком по подголовнику.
– Козел! Она сына своего сейчас в первый раз увидит! Дай посидеть минуту спокойно. И вообще, у тебя тут тако[4] воняет на весь салон, лучше бы освежитель купил.
Мы с таксистом сверлим друг друга взглядами в зеркале заднего вида. Потом он бурчит:
– Извините. Можете не спешить. Не знал, что у вас такое событие.
– Да, событие, – бормочу я в ответ.
Сикс переводит взгляд на меня.
– Все в порядке. – Она хлюпает носом. – Я готова, пошли.
Выбираемся из машины, и я иду к багажнику, чтобы достать чемоданы. В одном наши вещи на неделю, другой забит игрушками и детской одеждой – подарки от Скай с Холдером, от Карен с Джеком, от Брекина, от наших родителей. Даже братья Сикс, которые придушить меня готовы были, когда узнали, тоже передали кое-что от себя.
Водитель, теперь всячески стараясь помочь, достает второй чемодан и, закрыв багажник, подходит ко мне.
– В машине правда тако пахнет?
Пожимаю плечами.
– Ну да. Довольно сносно.
– Вот это у тебя нюх, парень, – я его на обед ел.
Мне уже неловко, что сорвался на него. Впрочем, он сам виноват – нечего было нас подгонять.
– Не хотел обидеть. Вообще-то я люблю тако.
Таксист отмахивается.
– Все в порядке. Слушай, я еще в Убер Итс[5] подрабатываю, могу, если хочешь, за тако сгонять. Тут на Джексон-стрит есть обалденное место.
Поесть я бы не отказался.
– Прямо обалденное? Я из Техаса, уж мы-то в тако разбираемся.
– Чувак, такого тако ты нигде…
– Дэниел? – прерывает нас Сикс. Она машет рукой в сторону дома. – Мы вот-вот увидим сына. Ты думаешь, я буду стоять и ждать, пока ты
