Только после соревнований она узнала, что в обойме пистолета инструкторы специально вставили инертный патрон, чтобы и получилась осечка, а стрелку потребовалось быстро сориентироваться и устранить её.
Следующий этап: снайперская стрельба. Юля замаскировалась на лёжке и подготовила винтовку. У неё всего семь патронов на три мишени. Дистанция до целей приблизительно 300, 500 и 800 метров. Приблизительно, потому что ни лазерным дальномером, ни метеостанцией пользоваться нельзя. Только інкалой прицела винтовки, собственной интуицией и снайперским опытом.
Юля на несколько щелчков покрутила барабанчики вертикальных и горизонтальных поправок прицела. Зарядила магазин.
— "Пантера" к стрельбе готова, — она щелкнула тангентой рации.
— По готовности — огонь.
Юля решила схитрить… Выстрел! Пуля ушла левее. Поправка… Одна пуля снова ушла — теперь правее. Но вот следующая поразила мишень. На максимальной дальности 800 метров! "Пантера" не стала идти по пути наименьшего сопротивления и начала с самого сложного. Тем более что порядок поражения мишеней специально не указывался. Следующая мишень на полукилометре также легла под выстрелами. И уже на трёх сотнях метров Юлька почти не глядя вогнала обе пули в силуэт.
Следующим этапом был рукопашный бой. Скидок здесь не делалось никаких — будь ты хоть бестелесной феей из волшебного королевства, если пришла сдавать испытания на оливковый берет, отношение будет, как ко всем. Схватки, без преувеличения, были исключительно жёсткими и кровавыми, соперничество велось бескомпромиссное, никто никому не уступал. Но всё же соблюдали прописанные и неписаные правила безопасности. Ведь это всё-таки способ показать свои силы, чему-то научиться у других.
Противник Юльке достался высокий, худой, но жилистый. Откровенно говоря, в психологическом плане "рукопашка" была для неё самым сложным видом испытаний. Девушка смутно представляла, как вдруг начнёт мутузить человека, который ничего плохого ей не сделал. О том, что при этом достанется и ей, почему-то не думалось совершенно. А зря…
Пропустив несколько ударов, от которых перед глазами вспыхнул фейерверк, а в голове растёкся фонтан боли, Юлька вдруг очнулась. Перед ней был не этот худой и жилистый парень, а один из отморозков, избивающих на улице Донецка профессора Тарнавского. Перед глазами снова зажёгся фейерверк, но уже не боли, а ярости, исступлённого желания отомстить, поквитаться, не вьшустить живым… Юлька ринулась драться, потеряв счёт времени и восприятие реальности.
Если её противник и испытывал поначалу схожие моральные проблемы — тем более, ему-то пришлось драться с девушкой! — то ничем этого не показал. Неизвестно, кого он представлял на месте Юли, но явно кого-то очень неприятного. Очень быстро "Пантера" получила пару увесистых оплеух и довольно болезненный удар ногой по ребрам. Её настрой сменился холодной яростью, которая позволила девушке действовать расчётливее, реализуя свое преимущество в скорости ударов и в подвижности. Блок, захват. Удар. Финт. Ещё одна серия сокрушительных ударов! По окончании боя вид они двое имели весьма плачевный, но испытание прошли. Вокруг раздавались крики, свист, аплодисменты, но Юлька слышала всё это невнятным фоном. В голове шумело.
Она прошла и этот этап своей жизни! Ни за что не поверила бы, если бы кто-то рассказал ей раньше. Но раньше и она была другой.
— Сержант Дымченко!
Юлька вышла из строя. На неё устремилось множество взглядов, в которых читалось удивление и уважение. Невысокая хрупкая девчонка, по виду "девочка-девочка", прошла все обязательные испытания без каких-либо скидок и теперь шла получать свой оливковый берет. Как полагается, полученный головной убор поцеловала, встала на правое колено, надела на голову и обернулась к строю товарищей.
— Служу Республике и спецназу!
И здесь уже раздались овации. Многие не признавались в том себе, но присутствие с ними на испытаниях девушки не позволяло раскиснуть, мотивировало, заставляло показать самый лучший результат. И теперь эти парни тоже получили заслуженную награду.
Чтоб ты жил в эпоху перемен.
Почему именно этот год? Почему не 2014-й? Этот вопрос за восемь лет военного конфликта на Донбассе не раз задавали жители самопровозглашённых республик, успевших за это время окрепнуть и даже обрести собственное лицо в мире. В нескольких странах появлялись представительства ДНР и ЛНР — формально непризнанных, но сколько важных событий в мире происходит именно неформально! Можно судить хотя бы по странно растущему количеству непризнанных государств. Возникает вопрос — кем же, собственно, они не признаны, если сами жители этих территорий их признают? Кто имеет право указывать людям, как им жить на собственной земле? Увы, вопрос зачастую риторический.
