Борис Верещагин и его жена Ярина скрепили клятвы поцелуем и гости зааплодировали. Они произвели впечатление, никто не остался равнодушным, кто-то даже плакал, а у меня от Верещагина, его голоса, того как он смотрит на свою жену и дочь, появились колкие ледяные мурашки. Может я бы так не отреагировала, если бы не была с ним заочно знакома. Виктор поглядывает на меня, явно изучая реакцию. Глупо признаваться ему, что Верещагин мой бывший работодатель, именно он владелец клиники «Белоснежная», в которой я работала, Виктор и без моих признаний это прекрасно знает, как и то, что моя карьера в этом заведении в качестве медсестры носила больший функционал, чем в нормальных больницах, и это далеко не самое незаконное, что происходило в белоснежных стенах.
– Если не улыбнёшься, привлечёшь внимание Верещагина. – Прошептал Виктор, чуть склонившись в мою сторону, сохраняя свою невозмутимость.
– Я думаю, что тебе не составит труда решить эту проблему.
– Не дуйся, Шмель был предупреждён о строгом дресс-коде, он сам виноват, что его не впустили. Здесь не моё царство, не забывай об этом.
Я как-то привыкла думать, что нахожусь под опекой человека, для которого нет ничего невозможного, и это действительно так, но на этой свадьбе каждый второй обладает этим статусом, о чём меня предусмотрительно предупредил мой спутник, попросив забыть, что правила существуют, чтобы их нарушать, а Шмелю доступно на его языке объяснил, что подставляться из-за него никто не станет.
– Значит начну сразу с самых крепких напитков. – Сегодня мне даже напрягаться не приходится, чтобы довести Виктора, он заводится из-за любой ерунды, моментально осекаясь, подавляя в себе желание выпороть меня, а всё потому что разрез на моём платье, если его словами: «Проблема со всеми отягчающими», Шмель в этом вопросе его почему-то поддержал. Я могла надеть другое платье, но это выбрал Кирилл, и я решила сделать так, как он захотел, надеясь, что на каждый мой шаг навстречу будет сделан ответный. – Не надо вспоминать номер телефона нарколога. Не буду я сегодня пить. – Поспешила успокоить Виктора. Для нас с Кириллом будет лучше, если его отец останется в хорошем расположении духа до конца вечера.
– В честь чего?
– Это не студенческая тусовка и не вечеринка у Вестина, здесь не оценят танцы на столе. Что, этот позорный момент из прошлого не зафиксирован в твоём досье на меня?
– Напомни, почему ты передумала и согласилась сопровождать меня на эту свадьбу?
– Ты что, забыл что наказан? К тому же я не смогла отказать Насте.
– Представляю, что она пообещала тебе взамен.
– Ничего. Считай это благотворительной акцией.
– В смысле? – Виктор не сдержал тон, и одна из гостей возраста пятьдесят плюс, увешанная элитной бижутерией, посмотрела на нас недобрым взглядом, поджав свои губёшки. Чтобы её больше не раздражать нам пришлось сместиться чуть в сторону, от двойного греха подальше.
– В том смысле, что я здесь для поддержания твоего имиджа. Настя сказала, что ты исчерпал каталог элитных эскортниц и пора тебе появиться в обществе с кем-то незамеченном в этой сфере.
На самом деле Настя и Стелла поставили меня перед фактом, что если я не пойду с Виктором, то на этом пафосном мероприятии ему придётся мучиться в одиночестве, что в свою очередь может повлечь появление неприятных для мужчины слухов и подозрений. Довод так себе, но я добровольно поддалась на эту провокацию. Да и Виктор очень хотел, чтобы я пошла, кажется для него моё появление здесь действительно важно.
– Ещё немного и я зарычу.
– Лучше не надо, а то привлечёшь внимание Верещагина, а я тебя от него никак не спасу, ты сам лишил меня единственного оружия в виде Шмеля, отказавшись отстоять его индивидуальный стиль. – Виктор замер на мне взглядом не моргая, ухмыляясь. – Почему ты так странно на меня смотришь?
– Я уже и не помню когда ты была непьяная и весёлая одновременно.
Мне действительно хорошо. Сейчас не время и момент не подходящий говорить, что эта перемена произошла благодаря Кириллу. Впервые за долгое время я спала спокойно и крепко, без кошмаров и резкого просыпания от собственного вздрагивания. Но самым главным для меня стало то, что Кирилл не позволил себе ничего больше объятий. Проснувшись от поглаживания по спине, я смотрела в его глаза и чувствовала, что мои сомнения испаряются, возвращается доверие, чувство безопасности, а моя уверенность, что Кирилл поймёт меня, крепнет. Я просто нежилась в его руках, пока не пришло время высвободиться. Кирилл наблюдал, как я собираю разбросанную им по палате одежду и неуклюже натягиваю на себя, с его губ не сходила улыбка, делающая его похожим на нашкодившего мальчишку. Вместо прощания он взял с меня слово, что сегодня я ни с кем не буду танцевать, я и не собиралась, тем более он прекрасно знает, что я не умею.
– Скажу Насте, чтобы она провела тебе обследование, проверила память. – Решила отшутиться, пока Виктор ничего не заподозрил и не начал углублённый допрос.
– Если будешь такой каждый день, обследования мне не потребуются.
