Для процедуры исключения из комсомола меня пригласили на заседание партактива института. Там какой-то принципиальный партработник коротко сообщил о моем плохом поведении в общежитии и предложил исключить меня из комсомола. В своем последнем слове я сказал:
– Не выгоняйте меня – я вам открытие сделаю.
У присутствующих это вызвало хохот. Вволю посмеявшись надо мной, эти деятели единогласно исключили меня из комсомола.
В деканате мне выдали академическую справку. В ней перечислялись все дисциплины, которые я изучал в МАИ на протяжении трех лет, а также мои оценки по ним. Позже эта справка мне очень пригодилась.
Учеба в институте оставила в моей душе довольно глубокий след. До сих пор в своих снах я иногда сильно переживаю по поводу того, что мне надо сдавать какие-то экзамены.
VI
Я вернулся в родной Борисоглебск. Было лето 1974 года. На родине выпивать я стал реже. Дело в том, что мне пришлось подстраиваться под своих знакомых в Борисоглебске, которые выпивали редко и в небольших количествах – они еще не достигли той крайней степени пьянства, до которой я дошел в Москве. К тому же в Борисоглебске, в отличии от столицы, не продавались марочные вина. В магазинах города можно было купить только бормотуху. Один раз какой-то незнакомый мне мужчина в городском сквере угостил меня бормотухой. Выпив, я естественно, достал деньги и купил еще несколько бутылок этого зелья – чтобы не остаться в долгу у мужчины. Мы продолжили выпивать. Финал оказался печальным – я свалился с ног и меня сильно рвало. После этого я уже не мог смотреть на бормотуху.
На работу я долго не устраивался. Восстановиться в какое-нибудь учебное заведение с помощью своей академической справки я не мог – везде принимали только комсомольцев, а лишился этого высокого звания. Я твердо решил, что осенью уйду служить в ряды доблестной Советской армии. Как известно, мои родители в свое время служили там и даже были награждены орденами и медалями. Я обладал богатым опытом работы в студенческих стройотрядах, где все подчинялось армейской дисциплине. Поэтому я был уверен, что в армии я смогу блестяще проявить себя и меня там обязательно наградят – по крайней мере медалью.
Но до осени оставалось еще довольно много времени, и я старался весело провести его. Однажды, в состоянии неглубокого опьянения я пошел в парк и сел там на скамейку. Ко мне подошла незнакомая мне девушка и попросила разрешения сесть рядом. Конечно, я был не против. Мы стали с ней болтать, а потом познакомились. Ее звали Оля. До этого я несколько раз видел ее в центре города. И всегда она поражала меня своей красотой. К тому же у нее была прекрасная фигура – свидетельство того, что девушка занималась спортом. Конечно, мне даже в голову не приходило подойти к ней и предложить познакомиться – я был уверен, что она для меня недосягаема.
Но получилось так, что она сама подошла ко мне, и наше знакомство состоялось. Это, конечно, было мне приятно. Всю ночь мы гуляли с Олей по городу. Никаких прикосновений, не говоря уже о поцелуях, не было. Оля предложила зайти в церковь по улице 40 лет Октября. Мы зашли и с трепетом стали рассматривать все, что там было. Какая-то женщина сделала Оле замечание – моя спутница была в храме без платка. Но крупного скандала удалось избежать. Когда настало утро, я проводил Олю домой. По ее просьбе я дал ей свой адрес.
Дома я лег спать, но вскоре был разбужен звонком в дверь. Открыв ее, я увидел на пороге Олю. Она была ярко накрашена и шикарно одета. Я пригласил ее в дом. Мы сели на диван и стали целоваться. Вообще, я не думал заниматься с ней сексом, но Оля сама сняла трусики, и это произошло. Она стала моей третьей женщиной. Потом я нарисовал Олю карандашом на обложке журнала. Оля получилась очень похожей. До сих пор этот рисунок хранится у меня.
Мы стали часто встречаться с Олей. Ей нравилось ходить со мной под руку по центру города. Многие прохожие обращали на нас внимание. Честно говоря, мне это не нравилось.
Оля все время что-нибудь рассказывала мне – язык у нее был прекрасно подвешен. А я не мог на трезвую голову так свободно говорить с красивой девушкой. Я угрюмо молчал, или иногда спрашивал:
– Почему?
Оле это очень нравилось. Она с восторгом восклицала:
– Как красиво ты произносишь это «почему»! Я люблю твое «почему»! И вообще я многое люблю в тебе!
Позже я узнал, что у Оли есть маленький ребенок. Она родила его в возрасте 15-ти лет от одного парня, который тоже был известным в городе спортсменом. У Оли с тем парнем была роковая любовь – как у Ромео и Джульетты. Но, как известно, такая любовь заканчивается большой печалью – юные влюбленные расстались навсегда.
Оля после рождения ребенка уже не могла жить без секса – до меня у нее было несколько мужчин. Когда я узнал об этом, во мне заки ревность. Я стал все время упрекать Олю в том, что у нее были мужчины. Из-за этого мы с ней часто ссорились.
Как-то ночью мы сидели с ней во дворе у моей тетки, и я, как всегда, ругал ее за близость с мужчинами. Оля, раскаиваясь в этом, кричала:
– Я плохая, плохая! Убей меня, убей!
