Во всем этом есть какой-то элемент, дух эксперимента. Впрочем, Джон вообще не уверен, что Шерлок способен делать хоть что-то, не привнося этот дух, не оценивая, не взвешивая, не измеряя. В какой-то степени это возмущает, но Джон слишком захвачен происходящим, чтобы возражать. Одной рукой он вцепился в подлокотник, другой – в ткань собственных джинсов. Шерлок действует чуть смелее. Его рука касается шеи Джона. Прикосновение теплых пальцев столь невесомо, как будто, зная, как именно действовать, Шерлок не желает усилить хватку. А может, все дело в том, что он действует без позволения Джона, и считает, что не должен этого делать. Как будто ему когда-то было нужно разрешение… как будто он хоть когда-то его просил.
Границы эксперимента размываются, поцелуй выходит куда дольше того, на который отважился Джон. Ему совершенно не хочется, чтобы все прекратилось. Все не кажется странным, не кажется неожиданным, и это слегка обескураживает. Шерлок разглядывает его с расстояния буквально в дюйм и морщит лоб, как будто обрабатывает собранные данные и наконец тихо произносит.
- Думаю, я мог бы это очень полюбить со временем.
Джон зажмуривается.
- Ненавижу, - тихо говорит он, потому что думает ровно то же самое.
Он почти готов услышать от Шерлока обиженное «За что?», но тот ничего не говорит. То ли упражняется в догадливости, то ли просто стал лучше понимать, когда следует промолчать. Понимать, когда тишина помогает куда лучше слов.
- Ты ведь, наверное, даже не задумывался об этом, - это не вопрос, Джон просто размышляет вслух. По сути, причин делать это молча больше не осталось.
Шерлок хмыкает – знакомый и низкий звук, тот самый, который означает: он изумлен тем, что кто-то ошибся. Обернувшись, Джон смотрит на него, и в этот раз за этим действительно кроется вопрос, пусть и ненамеренный.
- У нас могли бы быть самые непонятные и запутанные отношения, - Шерлок медленно смаргивает, как будто только что предположил нечто безумное.
Джон вздыхает и старательно гонит прочь мысли о том, как все могло бы быть.
- Тебя бы это бесило, - наконец произносит он.
- Меня бы бесило далеко не все, - возражает Шерлок.
Джон таращится в потолок, пытаясь понять, отчего миру было угодно сделать его последние дни на этом свете до невероятности странными.
- А с теми моментами, которые бы меня бесили, я мог бы примириться, - тихо заканчивает друг.
*****
Джон долго лежит в постели. Он буквально ощущает, как час за часом отпущенное ему время ускользает.
Напрасно истаивает.
И эта мысль подбрасывает его с постели, заставляет сбежать вниз по лестнице в гостиную, где уже мечется худая фигура Шерлока. Стена в беспорядке. Под выведенным крупными буквами заголовком «ПОСЛЕДСТВИЯ СОБЫТИЯ: ТЕМПОРАЛЬНОЕ ВЛИЯНИЕ» прилеплены листки с формулами, распечатки, снимки человеческого мозга… Джон замечает стикер с выведенной четким почерком надписью: «конец/восприятие невыполнимо».
Не говоря ни слова, Джон делает кофе и возвращается с ним к стене, разглядывает созданный Шерлоком коллаж из науки и ужастиков.
- Не хватает времени, - напряженно произносит Шерлок за его спиной. Джону слышно, как тот шагает босыми ступнями по полу и рассыпанным бумагам. – Я не могу понять, а времени нет. Не могу разобраться, - глухой звук, как будто Шерлок стукнул кулаком по подлокотнику кресла. – Не хватает времени.
Джон вдыхает поднимающийся над кружкой кофе пар, разглядывает картинку с изображением метронома в движении.
- И что ты надеешься сделать?
- Я не знаю, - в голосе злость и потерянность. – Но должно же быть что-то. Я отказываюсь просто… Я просто отказываюсь, и все. Это же просто смехотворно. Всего лишь чей-то минутный приступ самомнения, невероятным образом выпавшие кости – и нас всех сметет.
Шерлок протягивает вперед руку.
- В четырех миллиардах возможных вселенных мы живем, как ни в чем не бывало, даже не подозреваем, что что-то могло пойти не так. А в одной-единственной мы потянули за нить, - резкий взмах рукой, - и весь мир расползается на части.
- Интересно, все так и будет? – произносит Джон. – Как будто мы располземся на части?
Шерлок смотрит на него, словно пытаясь решить, не риторический ли это вопрос, и приходит к выводу, что нет.
- Думаю, нас просто сомнет гравитацией.
Джону не хочется думать ни о гравитации, ни о том, как именно все погибнут. Он устал, он хочет спать, и это кажется такой бестолковой насмешкой. Ужасной, непозволительной тратой времени, которого не осталось. Джон подозревает, что, скорее всего, тут снова срабатывает механизм отрицания.
- Если хочешь, я побуду с тобой.
Он ожидает, что Шерлок начнет возражать, заявит, что в одиночестве ему лучше думается. Что Джон ему ничем не поможет, да и вообще едва держится на ногах.
- Да, - неожиданно заявляет Шерлок. Тихо и искренне, и внутри у Джона вдруг что-то сжимается.
******
К четырем утра Джон забывается сном на диване, а проснувшись, понимает: наступила среда. Это кажется слишком жестоким.
