– Именно поэтому, только поэтому я и пригласил профессора Танимуру, – досадливо поморщившись, сказал Кэндзо.
Ёити был на стороне сестры и с неприязнью слушал весь этот разговор.
– В котором часу придёт Танимура-сан?
– Обещал часа в три. Я, когда был на фабрике, просил ещё раз позвонить ему.
Обняв колени, Ёити поднял глаза к большим стенным часам.
– Может быть, сказать, чтобы снова позвонили?
– Тётушка говорила, что недавно уже просила позвонить.
– Недавно?
– Вскоре после того, как ушёл Тодзава-сан.
Пока продолжался этот разговор, О-Кину с мрачным лицом неожиданно поднялась и быстро вышла в соседнюю комнату.
– Освободились наконец от твоей сестрицы.
Горько усмехнувшись, Кэндзо вынул портсигар. Но Ёити, не отрывая глаз от часов, ничего не ответил.
Из соседней комнаты по-прежнему доносились стоны О-Рицу. Может быть, ему так казалось, но теперь они были громче, чем прежде. Почему не идёт профессор Танимура? Впрочем, мать не единственная его пациентка, как раз сейчас обход больных. Нет, вот-вот пробьёт четыре, так поздно он никогда не задерживается в больнице. Не исключено, что он уже у входа в магазин…
– Ну как?
Голос отца избавил Ёити от мрачных мыслей. В светлом промежутке между фусума появилось обеспокоенное лицо тётушки.
– Она ужасно страдает… А врача всё ещё нет.
Прежде чем ответить, Кэндзо выпустил изо рта дым.
– Что же делать? Сказать, чтобы ещё раз позвонили?
– Пожалуй. Чем ей мучиться так ещё час или больше, лучше пригласить Тодзаву-сана.
– Я позвоню.
Ёити быстро вскочил.
– Позвони. Узнай, вышел ли уже профессор. Его телефон – Коисикава, номер ***. В общем…
Не успел Кэндзо договорить, как Ёити выскочил из столовой и вбежал на кухню. Там Мацу с закатанными рукавами резала сушёного тунца. Когда Ёити проходил мимо неё, на него чуть не налетела Мицу. Они едва не столкнулись.
– Простите.
Смущённо извинившись, Мицу с аккуратно причёсанными благоухающими волосами побежала в столовую.
Сконфуженный Ёити поднёс к уху телефонную трубку. Не успела телефонистка ответить, как раздался голос сидевшего у конторки Камиямы:
– Ёити-сан, вы звоните в больницу Танимуре?
– Да, в больницу Танимуре.
Не кладя трубки, Ёити повернулся к Камияме. Тот, не глядя в его сторону, ставил на место, на зарешечённый стеллаж, большую бухгалтерскую книгу.
– Оттуда только что звонили. О-Мицу-сан как раз побежала сказать об этом.
– Что сказали?
– Что профессор только что вышел. Только что, да, Рё-сан?
Приказчик, к которому обратился Камияма, сидел на лестнице, доставая с высокой полки ящик с товарами.
– Нет, сказали, что он ещё в больнице.
– Вот как? Так и надо было сказать Мицу.
Ёити положил трубку и направился было в столовую. Но случайно взглянул на висевшие в магазине часы и в недоумении остановился.
– В чём дело, на них уже двадцать минут пятого!
– Они спешат на десять минут. Так что сейчас десять минут пятого.
Камияма посмотрел на свои золотые часы.
– Совершенно верно, десять минут.
– А часы в столовой отстают. Так что Танимура-сан задерживается ещё больше, чем мы предполагали.
Постояв немного в нерешительности, Ёити быстро вышел из магазина и стал смотреть на затихшую улицу, над которой уже сгущались сумерки.
– Всё не идёт. А вдруг он не может нас найти, хотя вряд ли… Камияма-сан, я, пожалуй, пройдусь немного, – бросил он через плечо Камияме и, надев гэта, оставленные у порога кем-то из приказчиков, почти бегом направился к большой оживлённой улице, забитой автомобилями и трамваями.
Эта улица находилась в полуквартале от магазина. Стоявшее там на углу здание было разделено на две половины: в одной – небольшое почтовое отделение, в другой – магазин импортных товаров. В витрине между оригинально расположенными соломенными шляпами и тростями были выставлены на манекенах яркие купальные костюмы.
Повернувшись спиной к витрине, Ёити принялся нетерпеливо рассматривать прохожих и автомобили. Так он простоял некоторое время, но не заметил, чтобы в переулок, где в ряд стояли оптовые магазины, завернул хоть один рикша или хоть одна машина, если не считать забрызганного грязью такси с табличкой «свободен».
Неожиданно появился мчащийся на велосипеде приказчик лет пятнадцати из их магазина. Увидев Ёити, он ловко затормозил и опёрся рукой о телефонный столб. Не снимая ног с педалей, сказал:
– Только что звонил Тимура-сан.
– Какое у него ко мне дело?
Разговаривая, Ёити внимательно осматривал улицу.
– Да никакого.
– И ты приехал, чтобы сообщить мне об этом?
– Нет, я еду на фабрику. Да, хозяин просил передать, что вы ему нужны.
– Отец?
Сказав это, Ёити вдруг бросился бежать, забыв о приказчике. В переулок сворачивал рикша. Поравнявшись с ним, Ёити поднял в приветствии обе руки и закричал сидевшему в коляске юноше:
– Брат!
Рикша, откинувшись назад, остановил коляску. В ней сидел Синтаро в летней форменной тужурке, в фуражке с белым кантом, обняв обеими руками лежавший на коленях чемодан.
– Привет. – Синтаро без всякого выражения посмотрел на Ёити. – Как мама?
Глядя снизу вверх на брата, Ёити почувствовал, как забурлила в жилах кровь, как запылали щёки.
