— Ну, так воспользуйся амулетом связи и предупреди, — не мог понять моих трудностей уж слишком взрослый Сергонэль, наверное уже давно забывший, как сложно уйти от опеки родителей. Или в других семьях не так?
— Нет, не сегодня, — отказалась я, — они все равно не будут ужинать, не дождавшись меня.
— Странные у вас отношения, — удивился он.
Я пожала плечами. Что тут скажешь? Они действительно странные с точки зрения чистокровных эльфов. Но в нашем роду много необычного, что привнесла, со своим появлением из другого мира, Еваниэль.
— Ну: тогда, я хотя бы провожу тебя до дома, — категорично сказал Сергонэль, пристально заглядывая мне в глаза, как будто что-то ожидая. Радости, что ли? Или благодарности за свое внимание?
— Спасибо, не нужно, — опять отказалась я, не понимая его настойчивости и из-за этого чувствуя себя неуютно. — У меня с собой бегунки, я домчусь за несколько минут, меня уже наверняка заждались дома, — и, выходя из кабинета вместе с Сергонэлем, я наложила запирающее заклинание на дверь. У калитки на улицу я достала из рюкзачка бегунки, пристегнула их к сапожкам и, махнув Сергонэлю на прощание рукой, попрощалась: — До завтра.
— До завтра, — задумчиво отозвался он, и я спиной чувствовала его внимательный взгляд, пока не скрылась за поворотом.
На следующий день я опять закопалась в бумагах и снова бы засиделась допоздна на работе, но Сергонэль не дал мне этого сделать. На закате Красного солнца он зашел в мой кабинет со словами:
— Все, заканчивай. Сегодня ты не отвертишься от ужина со мной. У меня к тебе есть серьезный деловой разговор.
Я охотно согласилась, не скрывая своего любопытства, что это за разговор такой?
За ужином, в ресторане, Сергонэль с какой-то тревогой в голосе, спросил:
— Ты и дальше собираешься участвовать в Бегах?
— Нет, — коротко ответила я, не вдаваясь в подробности, и увидела, как он заметно успокоился после моего ответа.
— Хорошо, — довольно улыбнулся он, задев меня такой реакцией. Какое, собственно, ему до этого дело? — Ко мне обратились несколько наездников, с просьбой стать посредником между тобой и ими. Они предлагают выкупить у тебя твоего необычного ящера. Ты согласна обсудить этот вопрос?
— Нет. Я уже решила продать его мастеру-животноводу, для разведения потомства, — ответила я. Чтобы объяснить мотивы своего отказа, я не поленилась подробно рассказать Сергонэлю в чем уникальная ценность моего Ярха.
— Твое решение достойно всяческого уважения, — отметил Сергонэль, внимательно выслушав меня. — Но на этом ты существенно теряешь в деньгах. С наездника я могу выторговать для тебя около восьмисот золотых, а мастер заплатит, максимум, триста, ведь он рискует не получить желаемого потомства от твоего ящера.
— Я не нуждаюсь в деньгах, — гордо возразила я. — Как ты, наверное, догадался, один из выигрышных билетов моего друга принадлежал мне. Теперь я богатая женщина и даже подумываю о том, чтобы купить себе дом.
— Вместе с Призовыми это одиннадцать тысяч золотых, и это еще не богатство, — с ироничной улыбкой, снисходительно возразил Сергонэль.
Такое его пренебрежение показалось мне обидным, и я спросила:
— У тебя было больше, в моем возрасте?
Он как-то заметно напрягся, улыбка сползла с его лица. Он внимательно посмотрел на меня, кажется что-то переосмысливая. Ирония во взгляде сменились уважением, и после паузы, он ответил:
— Нет. Ты же, наверняка, видишь, у меня нет Дара. И свою первую тысячу золотых я зарабатывал мучительно долго и тяжело.
Теперь настала моя очередь осмыслить им сказанное и с восхищением посмотреть на него. Действительно, как правило, эльфы без магического Дара имеют доходы ниже среднего, и я не знаю ни одного, кто из них стал бы так же состоятелен как Сергонэль.
Наш дальнейший разговор крутился вокруг Тотализатора. Я услышала для себя много интересного. В процессе разговора узнала и то, что фактически все игровое предпринимательство в городе принадлежит Сергонэлю и его партнеру по работе — Протасэлю. Но, по взаимной договоренности, Сергонэль в большей степени курирует Бега, а Протасэль — Бои и Стрельбу из лука по мишеням.
Поздним вечером, выйдя из ресторана, Сергонэль проводил меня домой. Стоя у калитки моего дома и прощаясь, он взял мои ладони в свои и, нежно поглаживая тыльную сторону большими пальцами, никак не хотел отпускать, демонстрируя свой мужской интерес ко мне. Попытался притянуть ближе, но я решительно отступила на шаг и, высвободив свои ладони, быстро распрощалась. Вся эта ситуация так мне напомнила наши недавние прощания у моей калитки с Кирсатэлем, что сердце вновь кольнуло болью. Нет, не хочу никаких новых отношений с мужчинами. Боюсь довериться и снова ошибиться.
