Два часа сиесты подходили к концу, а я вся извелась, крутясь в постели, но никакого решения не приняла. Придется признаться самой себе, что став совершеннолетней, я на самом деле еще не стала взрослой, и беспомощна при решении таких трудных, жизненно важных вопросов. Всегда возмущали непрошеные советы старших, но сегодня мне без них не обойтись. Надо пересилить свою упрямую гордость и спросить у родителей, что делать, частично переложив ответственность на их плечи.
Хоть какое-то решение, немного успокоило меня. Я спустилась вниз, в комнату отдыха, где Александрэль, лежа на диване, читал книгу, а Эли, усевшись у него в ногах, просматривала «Вестник».
— Я хотела бы с вами посоветоваться, — пряча глаза от неловкости, за свое детское поведение, сказала я.
Они оба почувствовали мое состояние. Александрэль сел. Эли отложила «Вестник» в сторону. И они выжидающе уставилась на меня.
Я села в кресло напротив них и спросила:
— Вы знаете, что я была влюблена в Кирсатэля и до сих пор в полной мере не избавилась от этого чувства?
— Да, — ответил Александрэль. Ну, еще бы он не знал, внимательный, заботливый отец, маг Универсал, в том числе имеющий Ментальный Дар.
— Конечно, — ответила наблюдательная и чуткая Эли. — И я считаю, что ты должна дать ему еще один шанс. Его юный возраст и нечестное поведение Тамикоэли, в значительной степени оправдывают его. Он любит тебя. А в результате, вы оба страдаете.
Я не стала возражать и спорить, теперь это неважно, и согласно кивнув, задала свой следующий вопрос:
— Вы знаете, что у меня близкие отношения с Сергонэлем?
— Да.
— Да, — ответили они одновременно.
— Он, некоторое время назад, предложил мне брачный браслет, — сообщила я.
— Надеюсь, ты не взяла? — быстро спросила Эли.
— Тебе рано замуж, за кого бы то ни было, — категорично заявил Александрэль, выдавая свое волнение и недовольство сжавшимися в кулак пальцами.
— Я не взяла его браслет, — ответила я. — Но сегодня узнала, что беременна от него. И теперь не знаю, что делать.
— Как ты себя чувствуешь? — подскочил ко мне Александрэль. И положив свою ладонь мне на голову, замер, прикрыв глаза. И, как уже сегодня было с Целителем, я почувствовала исходящее от его руки приятное тепло.
Эли, тем временем, смотрела на меня с тревогой и сочувствием.
— Все хорошо, — в отличие от Эли, с довольной улыбкой, убирая руку с моей головы, сказал Александрэль, целуя меня в макушку. — Я очень рад, — потянул он меня с кресла на диван, усадив между собой и Эли, пожимая в знак поддержки мою ладонь.
Эли обняла меня за плечи и я, увидев слезы в ее глазах, тоже не удержалась от них.
— Девочки, вы чего? — с испугом, не понял нас Александрэль. — Все же хорошо, даже отлично, почему вы плачете?
— Так, что мне делать-то? — всхлипнула я. — Выходить замуж или нет?
— Ну, теперь, конечно выходить, — ответил Александрэль.
— А за кого? — пропищала Эли срывающимся голосом.
— Да за кого хотите! — раздраженно ответил Александрэль.
— Как это — «за кого хотите»? — не поняла я, — ребенок-то Сергонэля!
— Ну и что? Твой Кирсатэль будет рад досмерти и тебя заполучить, и ребенка. Только, не заслужил он еще такого счастья. Да и, пока, какой из него отец? — скептически ответил мне Александрэль. — На самом деле, для тебя сейчас предпочтительнее Сергонэль. Он зрелый, ответственный, заслуживающий доверия, состоятельный мужчина. С ним ты будешь под надежной защитой и спокойна, без всяких там, эмоциональных бурь. Это важно и во время беременности, и пока ребенок грудной. К тому же, Сергонэль не смирится с твоим отказом от него, да еще и вместе с его ребенком. И легко отмахнуться от него, нам не удастся. Он будет настаивать на признании его отцовства и будет в своем праве. Ты в таком случае, все равно, вынуждена будешь из-за ребенка проводить с Сергонэлем много времени. Так что, пусть Сергонэль будет счастлив, и с радостью заботится о тебе и своем ребенке. Я уверен, он не даст тебе пожалеть о таком твоем решении. Но... жизнь длинная, так что, там видно будет. По крайней мере, увидишь, что тебе с ним плохо, когда угодно сможешь расстаться. В любом случае, твоему Кирсатэлю нужно время, чтобы возмужать, научиться думать о последствиях своих поступков, ценить и беречь свою женщину. Да и не твой он уже. Разве нет?
— Но это же, циничный, голый расчет, — с негодованием возразила я.
— Это не цинизм, а реальный взгляд на жизнь, продиктованный многолетним опытом. Посмотри вокруг. Много ли ты знаешь пар, которые прожили вместе всю свою жизнь?
А Эли, стерев ладонью слезы вначале мне, потом себе, сказала:
— Я согласна с Александрэлем.
