В пазухах стенки идут ребристые, уже ближе к глотке снова видны эти пульсирующие жилки. До гортани долетел, а внизу та же масса застывшая. Мдя, тупик.
Постоял на краю, послушал. Коленки стали трястись от новой волны страха. Ему стоит только вдохнуть и меня куда–нибудь впечатает. Вылетел, как ужаленный.
В задницу решил не лезть, всё и так понятно.
Через целые части мне действительно в него не просочиться. Похоже, только через тот обрубок, как и сказал Омбер.
Снижаюсь к нему и толпе солдаток, которых набежало уже под сотню.
Меня десятки луков нацеленные встречают.
— Не стрелять! — Кричит осипшим голосом профессор.
Солдатки разбегается, когда я нависаю над точкой посадки. Опускаюсь перед Омбером и сворачиваю броню с турбинами за секунду. Народ вокруг глядит ошалело, половина баб в ужасе. Один лишь дед не удивлён, смотрит с таким глубочайшим укором, что становится стыдно.
— Полагаю, это было необходимо, владыка? — Спрашивает с нажимом.
— Да, а что вы так занервничали? — Наезжаю уже я.
— За вас, лорд Крис переживаю, — выкрутился Омбер, продолжая запыхавшимся голосом. — И зачем было гонять меня так высоко? Могли бы подняться сюда в этой своей летательной форме.
— А вы не знали, что я так умею? — Ехидствую.
— Такое сложно наблюдать, а тем более вообще отследить подобное.
— Понятно, — вздыхаю и бабам. — Всё, отбой тревоги, расходитесь, самки либру!
— Раскомандовался, — забурчали. — И где такого взяли? Что за летун нашёлся? Чуть не прибила. А светилось как у Касэн. Молчи, дура, не накликай бешеную…
Стали расходиться. Омбер угрюмо на обратный путь посмотрел.
Сжалился над дедом, собрал пятерых наших девок и главную по аэродрому, попросив уплотниться ближе. Всё делают с недоумением, но профессор кивает им с хитрой миной. Чтобы не раскрывать своих истинных возможностей и не тратить много сил, состряпал небольшой контур и перенёс всех на начало подъёма к карете.
Половина женщин попадала, когда переместились. Деда я придержал. Две солдатки, караулившие тачку, от страха на задницы сели, одна взвизгнула от нашего неожиданного появления.
— Не стоит бояться! — Объявил профессор, посмеиваясь. — Это мирные технологии нашего гостя!
— Ага, кажется, я обоссалась, — прошептала одна из карауливших себе под нос.
Мдя, какие же ссыкливые тут бабы.
Поехали обратно. Но не доехали половины пути, как раз у крепости со входом через обрубок нас и тормознули. Девять карет преградили путь, за ними ещё подтягиваются, пыль столбом поднимая. Хера се, картеж.
Пришлось выходить и салона, уже на вечер глядя. А там солдаток двести ощетинилось с луками и копьями. И возглавляет эту банду сенаторша в белом, которая меня вчера и встретила агрессивно. Рыжая пятидесятилетняя тётка с веснушками по всей роже по имени Мирзу.
— Профессор Омбер! — Воскликнула с горящими глазами сенаторша, явно торжествуя. — За превышение полномочий и своеволие именем Сената Либру, вы арестованы! Будьте любезны, Мей Ран, сдайте боевую корону моим помощницам. А ты… неизвестный чужак. Тоже сдай всё своё оружие и проследуй за нами под домашний арест. По тебе ещё состоится большой совет. Но судя по новым известиям, ничего хорошего он тебе не сулит.
Сопровождающие нас пять девиц переглядываются с недоумением и, похоже, готовы драться до конца за своего профессора, судя по их решительным лицам. Но Омбер само спокойствие. Даже полуулыбку изобразил, думает чего–то.
— Можем оставить эту старую курицу с носом, — шепчу ему в острое ухо. — Что скажете?
— Думаю, нужно ей подчиниться, — заявляет мне Омбер. — Позже мы уладим все недоразумения. Если вам дорога Айлин, лучше не предпринимайте ничего.
— А при чём тут Айлин? — Возмутился я, не отрывая взгляда от невменяемой на вид сенаторши.
— Она привела вас, если что–то случиться по вашей вине, её положение сильно пошатнётся.
А вот и первые манипуляции.
Девки в штатском замыкают кольцо. Можно просто всех раскидать одним огненным кольцом, чтоб курицы поняли на кого наезжают. Без волос и ресниц быстро до них дойдёт.
Но понимая, что рано ещё показывать зубы, не до конца разобравшись в расстановке сил, я поднимаю лапки кверху.
— Ладно, живите.
Что там с Омбером и его цацами мне уже неизвестно, ибо нас разделили. Меня попросили пройти в крепость, где довели до здания, смахивающего на тюрягу. Там строгие тётки настойчиво затребовали сдать все побрякушки. Благо, успел незаметно фитнес–браслет затянуть под кожу. Никогда так не делал, и чудо, что всё с перепуга вышло.
Потому что потом меня ещё и попросили раздеться для осмотра. Ощущения забавные, когда синеглазая жилистая милфа с хорошей задницей и немного блядским взглядом заинтересованно осматривает тело, чуть задержавшись на причиндалах.
Щупает в белых тканевых перчатках мои уши, ищет что–то в волосах, гладит шею. Ведёт лапками вдоль рук, будто ищет нечто невидимое на мне. Затем проглаживает так всё тело. Когда женщина садится на корточки передо мной и начинает гладить ляжки, у меня привстаёт. Та шарахается от шланга, как от огня, сев на задницу.
— Не бойся, не укусит, — посмеиваюсь.
