Ну нет, такие мысли только подрезают крылья. Я не должна так думать, сказала себе Миа. Нужно бороться с собственной неуверенностью и страхами.
Элин встала из-за стола.
— Ну что ж, голубки, идите собираться, а я пока приготовлю вам что-нибудь, чтобы вы могли подкрепиться на прогулке.
Коул и Миа пошли переодеваться. Когда они вышли из номера в футболках и в шортах, Элин, как и обещала, собрала им провизию — вино, сыр, булочки и фрукты. Все это было уложено в холщовую сумку на длинном ремне. Коул повесил сумку на плечо, другой рукой обнял Миа и мягко развернул ее к двери.
— Готова?
— Готова. — Но вот к чему — это еще вопрос, мысленно добавила Миа. — Значит, мы завтра уезжаем? — спросила она.
Коул кивнул.
Держась за руки, они направились к пляжу. Коул оглянулся. Элин, их гостеприимная хозяйка, стояла на ступеньках гостиницы и махала рукой.
— План таков, — сказал Коул, убедившись, что они отошли достаточно далеко и их никто не может услышать. — Сегодняшний день и вечер мы посвящаем детальному знакомству друг с другом, завтра утром выезжаем отсюда и встречаемся с группой поддержки. Днем прибываем в «Приют любви».
— Номер забронирован на неделю? Как думаешь, нам хватит этого времени?
Коул усмехнулся и сжал руку Миа.
— Кажется, ты грозилась разрешить загадку к полудню завтрашнего дня. — Он наклонился к ее уху и пророкотал обольстительно-бархатным голосом: — Если так и выйдет, оставшуюся неделю мы будем просто наслаждаться друг другом.
Миа рывком высвободила руку.
— Извини, но, как только загадка будет разгадана, ты мне больше не указ.
Коул понял, что Миа, по-видимому, очень раздражает, что он назначен старшим. Но Коул не собирался потакать прихотям Миа. Он снова взял ее за руку и привлек к себе.
— В чем дело?! — возмутилась она.
— Мы без ума друг от друга. Не забыла?
Миа повернулась к нему лицом, ее черты сковало напряжение.
— Как я могу забыть? — Она снова высвободила руку. — Но на пляже нас никто не видит, думаю, мы можем вести себя естественно.
Коул покачал головой.
— Нет, не можем.
Терпение Миа дало трещину.
— Черт возьми, Рэйн, я тебе не кукла! Если хочешь поговорить, давай поговорим, но я не собираюсь изображать романтическую прогулку!
Коул и сам видел, что не собирается. Миа недвусмысленно дала понять, что не желает иметь с ним ничего общего, если это не продиктовано служебной необходимостью. Несколько секунд он раздумывал, не поспорить ли, но потом решил, что спорить с Миа бесполезно. Она всегда все делает по-своему. И еще одно: если он не проявит твердость, ему не удастся на деле руководить этим заданием.
— Извини, детка. — Коул снова взял Миа за руку.
— Ты что, глухой?
Коул позволил ей вырваться.
— Ты права. Кому нужно держаться за руки?
Не дав Миа времени отпрянуть, Коул обнял ее за талию, развернул к себе лицом и рванул на себя так, что ее бедра оказались прижатыми к его. Даже секундного контакта хватило, чтобы тело Коула отреагировало, и Миа это сразу почувствовала. Она расширила глаза и ахнула от неожиданности. Коул немедленно воспользовался случаем. Поначалу губы Миа были твердыми и неподатливыми, но Коул не сдавался. Он ласкал их своими губами и поглаживал языком до тех пор, пока из груди Миа не вырвался стон.
Упиваясь своей маленькой победой, Коул стал ласкать спину Миа. На несколько коротких, но восхитительных мгновений они перестали быть коллегами, соперниками, тайными агентами, на берегу океана остались только мужчина и женщина, Коул и Миа. Но реальность вернулась так же быстро, как исчезла: Миа напряглась в объятиях Коула и уперлась ладонями в его плечи, отталкивая.
— Что ты делаешь, черт тебя подери?!
— Выполняю свою работу, радость моя. — Коул позволил себе усмехнуться. — Должен признаться, это задание обещает быть интереснее, чем можно было предположить.
— Работу? — Миа уперла руки в бока. — Значит, лапать меня — твоя работа?
— Моя работа, дорогая, быть твоим любовником, если ты забыла. Этим я и занимаюсь.
— Ну да, конечно. — Миа прищурилась и вдруг отдала ему честь. — Слушаюсь, босс.
Она стала деловито снимать футболку и, оставшись в шортах и в купальнике, с вызовом посмотрела Коулу в глаза. Коул прикусил язык, одновременно и желая узнать, как далеко Миа готова зайти, и боясь этого.
— Что ж, если таковы твои правила игры, пожалуйста.
Миа завела руки за шею и стала развязывать лямки бюстгальтера. Лямки упали, ткань заскользила вниз, два треугольных лоскутка вот-вот должны были открыть груди.
— Не надо! — Коул поднял руку, мысленно кляня себя за трусость.
Если бы он не помешал Миа раздеться совсем, возможно, это послужило бы ей уроком, но Коул интуитивно чувствовал, что это было бы неправильным подходом к их совместной работе.
— Но мы же любовники, помнишь? — Миа указала взглядом на песок. — Почему бы нам не лечь прямо здесь и не заняться сексом? Народу на пляже мало, так что у нас будет всего пара-тройка свидетелей.
— Я явно слышу в твоем голосе нотки неодобрения. Следует ли понимать это так, что поцелуй тебе не понравился?
— Именно так.
