Девушки танцевали как обычно, но на этот раз чувствовали на себе совсем непривычный взгляд хозяина. Маркиз, казалось, уже не довольствовался простым созерцанием этих юных гибких тел, отдающихся ритму и пляшущих в его честь. Теперь в каждом из его взглядов таилась угроза, каждый из них, казалось, вот-вот пронзит девушек, словно пылающий факел. Айша первая увидела, что между ног сеньора наместника короля вдруг все сильнее выделяется бугорок, которого раньше она не замечала. Он возбудился из-за нас, подумала девушка, но когда-нибудь это должно было произойти. Посмотрим, что он нам теперь прикажет. В этот самый момент его светлость, как будто бы прочитав мысли девушки, рывком заставил ее встать на колени перед собой и, высвободив из-под одежды свой лишь наполовину приподнявшийся аристократический отросток, заставил ее прикоснуться к нему губами.
– Теперь ты, – позвал он через несколько мгновений Лайлу, которая в остолбенении взирала на происходящее. – Посмотрим, кто из вас делает это лучше.
Однако ни одной из девушек, несмотря на все их вынужденные старания, не удалось разжечь вновь потухшую головешку.
– Да, не умеете вы выпускать петушков полетать, – сказал с досадой маркиз. – Вот отправлю к Хромоножке, пусть вас как следует поучит!
Мавританки не осмелились что-либо возразить. Лайла в испуге взяла свое платье, но наместник короля не дал ей одеться.
– Вы мне больше нравитесь раздетые. Только не говорите, что вам холодно. Здесь жарко. К тому же мы сейчас немного порезвимся.
Он встал и достал из поставца припрятанные им для подобного случая графин с мальвазией и сладости. Девушки отказались от вина, отведав пирожные, а он, воздержавшись от еды, вволю выпил.
– Не желаете ли поиграть перед сном? – спросил он слащавым тоном. – Чтобы вы почувствовали, как я вас ценю, на сей раз я сам развлеку вас.
И маркиз опустился на четвереньки, залаял и заскакал по полу, словно превратился в игривого щенка, хотя и с чересчур длинными усами. Поначалу девушки смеялись при виде комического зрелища. Да и кто бы в Сьютат не готов был заплатить что угодно, чтобы хоть одним глазком полюбоваться на сей спектакль? Песик старался прыгать вокруг мавританок, рыл пол, давал им правую лапу, а они смеялись. Он высунул язык и принялся вылизывать им ноги, а потом бедра, которые стали мокрыми от слюны. До этого мгновения, как четко помнил наместник короля, ему всего лишь хотелось вспомнить времена своего детства, когда он, чтобы посердить кормилицу, лизал ей ноги, бедра и грудь, покуда она со смехом не останавливала его. Что дурного было в том, что он на карнавал решил снова поиграть в эту игру с собственными рабынями? Это уже потом, из-за слишком большого количества выпитой им мальвазии, все усложнилось. Песик, заливаясь то слюной, то лаем, старался попасть языком в промежность девушек, но вдруг обнаружил, что, сам не зная каким образом, кусает двумя оставшимися у него клыками клитор Лайлы. Девушка, истекая кровью, принялась кричать и звать на помощь, хотя и знала, что никто не придет. Однако трагедия произошла чуть позже, когда песик встал на задние лапы и Айша, желая защитить от его укусов правую грудь, схватила щипцы для углей и попыталась огреть сбоку взбесившееся животное. Однако маркиз, увидев, что на него нападают, изо всех сил вонзился зубами в сосок девушки и откусил его. Мавританка упала, рыдая от боли.
Наутро тетушка Толстуха прошла с черного хода во дворец наместника короля, чтобы постараться заживить грудь несчастной, ставшей жертвой варварского нападения одного из рабов-мавров, которого сеньор маркиз уже отправил в тюрьму.
Через несколько дней мавра объявили виновным, однако приговорили к галерам, а не к смерти, ибо его светлость, по великому своему милосердию, вовремя объявил о помиловании. От карнавала и мальвазии запросто можно потерять голову, подумал он и не стал отправлять раба на виселицу. Однако, поскольку мавры по натуре своей лживы и неверны и бесстыжие мавританочки могли распустить бог знает какие слухи, наместник короля решил, что лучше будет от них избавиться. А посему, едва им стало лучше, он поспешил воспользоваться тем, что корабль капитана Виллиса как раз стоит на якоре в Порто Пи, и отправил обеих на борт шебеки, подальше от Сьютат. Теперь же, учитывая, какой оборот приняли события, его решение, возможно, оказалось не совсем правильным: вряд ли что-либо могло доставить большую радость епископу, чем подробный рассказ девушек обо всем, что случилось у маркиза, особенно на допросах инквизиции, после их высадки с корабля. Однако наместник короля уже приказал сегодня верным людям забрать девушек с шебеки.
