Мы поехали в магазин – (многие читатели его помнят – Elite – из ворот виллы ТАСС направо и вниз) и взяли какую-то бутылку. Дома Алёша достал две стопки и разлил нам: «Пусть это будет урок литературы, а не пьянства». Я почти не пью, но иногда покупаю кальвадос. Но он тоже другой. И мне остаётся снова мечтать о том кальвадосе с Алёшей.
С Алёшей Букаловым мы очень близко дружили практически 60 лет. Теперь, когда произошла эта трагическая и невосполнимая потеря, я не раз клал перед собой чистый лист бумаги, искал слова, чтобы выразить свои чувства и мысли по этому поводу, и откладывал этот лист на неопределённое время. Просто не хватало душевных сил… И вот совсем недавно, когда мы с женой Наташей прилетели в Рим, смогли увидеть место его упокоения, положить цветы, встретиться с Галей, его уникальной женой и подругой многих лет Алёшиной жизни, появилось ощущение, что пусть хаотично, спонтанно, без хронологических строгостей можно попробовать соединить несоединимое, рассказать о том, как мы вместе прошли этот огромный отрезок жизни…
В марте прошлого года мы оказались в Риме, смогли повидаться с Алёшей и Галей, послушать вместе концерт нашего любимого пианиста Григория Соколова в зале «Санта-Чечилия», а главное – оказаться в букаловском доме и провести несколько традиционных дней, которые, как всегда, давали нам всем свой эмоциональный заряд на следующий период жизни. Все эти четверть века, которые Алёша провёл в Риме, возглавляя журналистское отделение российского агентства ИТАР-ТАСС, мы виделись по самым разным поводам – столько, сколько позволяли время и жизненные обстоятельства – в Риме и вообще в Италии, в Москве и в других странах, куда нас вместе приводили общие радости, творческие и профессиональные интересы, драматические и порой трагические события, которые, увы, нас не обходили стороной.
В том марте, когда мы с Алёшей увиделись в последний раз, внешне ничто не предвещало его ухода из жизни спустя десять месяцев. И вместе с тем, по какому-то необъяснимому тревожному чувству, я не составил компанию своей жене Наташе в римских любимых передвижениях – мы всегда их ждали и были готовы их повторять снова и снова – а остался на эти несколько дней рядом с Алёшей в его рабочем кабинете, старался ему не мешать, а в его свободные минуты общаться, разговаривать, вспоминать и «проживать» в воспоминаниях самые разные страницы общего «бытия». Это всегда были разговоры о детях и внуках, о наших замечательных друзьях, об Алёшиных творческих планах, взаимодействии с издательским процессом, о возрасте и сохранении здоровья, что, увы, всем нам это стало даваться с трудом.
Алёша так трогательно, с особым теплом относился к нашим внукам Илье и Арине, у которой однажды спросил на своей потрясающей римской фиесте, когда огромное количество собралось в Риме в августе 2015 года на его 75-летии, – знает ли девочка какие-нибудь стихи, читает ли она какие-нибудь книжки, и Арина прочла ему несколько строф из «Руслана и Людмилы». На вопрос, кто же это написал, тогда шестилетняя девочка громко и внятно сказала: «Александр Сергеевич Пушкин» – и получила замечательный комплимент от истинного пушкиниста. Мы это объяснили Арише, и с тех пор, называя всех наших близких друзей только по имени (как и нас с Наташей!), она Алёшу Букалова единственного называла «Алексей Михайлович»!..
Говоря об огромном, просто невероятном дружеском круге Букалова – удивительные и уникальные люди, для которых в последние четверть века Рим мог (и назывался!) букаловским, для всех них Великий и Вечный город ассоциировался с присутствием в Риме Алёши и Гали Букаловых. Они потрясающе знали и любили Рим, знали досконально (а Галя ко всему еще и профессионально), и забыть невозможно этих «Прогулок с Букаловым» по Риму – пеших и автомобильных, ночных и утренних – где бы они ни были. У меня навсегда осталась на память традиционная фотография с его любимым сказочным героем Пиноккио. Так даже называлась его личная почта!
Я вспомнил Алёшин безразмерный дружеский круг, но мы с Наташей особенно дорожим общим собственным кругом – ближайших к Букаловым наших любимых друзей. Это Саша Рацимор и Рина Серая, Олег Шерешевский, Таня Тарасова и Володя Спиваков, Женя Табачников, Павел Чухрай, Миша Биц, Валерий Сурин, – их семьи и окружение.
