Я хочу рассказать только об одном моменте, может быть самом поразительном за все годы общения с ним. Это были трагические часы ухода из жизни Папы Иоанна Павла II, у которого с Алексеем Михайловичем были особые отношения, у них была какая-то глубокая внутренняя близость. В этом зале все, я думаю, помнят, как Его Святейшество уходил. Долго, мучительно, тяжело… И как-то так случилось, просто по совпадению, что я находился в аппаратной информационной службы одного из ведущих телеканалов, когда по экранам побежала строка, что Папа скончался. Это не было неожиданностью, потому что все знали, что уходят последние дни, часы Его Святейшества на бренной земле. И вдруг у меня раздался телефонный звонок Букалова. Я услышал, как Алексей Михайлович буквально криком кричал: «Миша, это неправда! Он еще жив!» Хотя жить Папе еще оставались буквально минуты, но вот в этом звонке, мне показалось, было два порыва Алексея Михайловича. Один – высочайшего профессионала-тассовца, который не может допустить, чтобы появилась ложная новость, хоть она была и не на тассовской ленте, а на телевизионных экранах. И второе. Алексей Михайлович уже не сможет, к сожалению, ни подтвердить, ни опровергнуть, но мне показалось, что Букалов так относился к Папе (и вообще он был такой человек), что он поверил в чудо. Что раз этого не случилось в те минуты, то, может быть, Всевышний сжалится над уходящим великим Папой и этого вот сейчас не произойдет. Мне показалось это тогда, и я искренне верю в это сейчас, что тогдашний надрыв в голосе Букалова в огромной степени характеризует его человеческие качества… Алексей Михайлович, спасибо Вам, что Вы еще живы…
Ho conosciuto Alioscia moltissimi anni fa, alla fine degli anni 80’ quando – su invito di Raissa Gorbaciova – portammo lo spettacolo religioso – «Francesco d’Assisi, uomo di Pace», – in Unione Sovietica, il primo di questo genere dopo la rivoluzione del 1917. Facevo parte di un gruppo ecclesiale, “
Alioscia, come responsabile della TASS a Roma, seguiva ovviamente tutto quello che riguardava il suo Paese e certamente questa notizia fu per lui molto ghiotta.
L’esperienza in Unione Sovietica, segnò la mia storia e quella degli amici di Arezzo, in Russia conoscemmo la grandissima figura dell’accademico Dimitry Seergeevich Lihachev.
In tutti questi anni il caro Alioscia è sempre stato una fgi ura fraterna di grande riferimento, vera statura morale importante per la mia vita.
Siamo sempre rimasti in contatto ma le nostre strade si sono reincrociate quando, nel 1999, fui chiamato al servizio della Santa Sede, prima come vice Comandante della Gendarmeria e poi dal 2006 quale Comandante e Direttore dei Servizi di Sicurezza e Protezione Civile.
Tantissimi sono i ricordi, le nostalgie e le emozioni nella mia mente. I viaggi internazionali che lui seguiva e di cui era attento osservatore e narratore. Non c’era Viaggio Apostolico del Papa, che – all’inizio o al termine non ci trovassimo in aereo per scambiarci opinioni e passare qualche momento insieme.
Alioscia desiderava ardentemente la visita del Papa (Giovanni Paolo II, Benedetto XVI, Francesco) in Russia e tanto esultò quando Francesco poté incontrare il Patriarca Kirill a Cuba.
Seguì con grande enfasi gli incontri del Papa con Gorbaciov e quelli con Putin.
Giovanni Paolo II era molto devoto alla Madonna di Kazan. Egli aveva ricevuto in dono nel marzo 1993, l’icona della Madonna di Kazan che il Papa custodì nel suo studio privato fino a quando, il 28 agosto 2004, nell’impossibilità di recarla personalmente in Russia, la donò al Patriarca di Mosca Alessio II, quale auspicio per il dialogo tra la Chiesa cattolica e quella ortodossa.
La cerimonia di consegna si è svolta presso la Cattedrale della Dormizione a Mosca per mano del cardinale Walter Kasper, l’allora presidente del Pontifci io consiglio per la promozione dell’unità dei cristiani.
La notte precedente alla partenza potei custodire per una notte nella mia abitazione la Sacra Icona per la quale ho autentica e vera venerazione e presso la cui immagine mi reco ogni volta che sono tornato a Mosca.
Pur non essendo credente, Alioscia aveva un senso religioso molto profondo, amava e credeva nel dialogo interreligioso, desiderava davvero un mondo migliore, fondato anche sui valori della fede.
L’amicizia si rese sempre più forte negli ultimi anni. La cara Galia, come guida vaticana accompagnava i turisti e così quelle volte che ci vedevamo, Alioscia sempre mi rammentava la sua amata moglie.
Appresi solo alla fine delle gravi condizioni di Alioscia.
