«…А до этого времени сказка провозглашалась чепухой, в основном, потому, что там фигурировали всякие короли и принцессы, а они все-таки пережиток царизма.
В то время подвергались гонениям лучшие сказки… А вот Толстой уцелел, благодаря постановлению ЦК КПСС, а через месяц он подал заявку на «Золотой ключик». Написал, правда, позже. Но получилось так, что он откликнулся на призыв партии. И таким образом, получил некую индульгенцию..»
В те страшные времена было трудно выжить, как писала Валерия Наводворская: «Он мог не уцелеть, игра была рискованная, очень многих правоверных сталинистов пустили на шашлык. Но они были бараны, а он был циник. Он всех переиграл…»
Да, граф Толстой действительно получил индульгенцию, но Новодворская считает, что «он продешевил, продав такую душу, такой талант дьяволу (большевикам) и всего лишь за сытый паек, деликатесы, особняки, машину и наличку».
Он получил «…от Бунина – прощение, со Сталина – Сталинскую премию. Он был абсолютный циник. Талантливый и бессовестный. Он поедет, конечно, в круиз по Беломорканалу и засветится в той паршивой горьковской книжонке о поездке…»
То, что В. Новодворская искренно любила и столь же искренно ненавидела Алексея Толстого, видно из ее статьи «Золотая рыбка на посылках». Любила за его талант и за то, что было от самого Толстого в образе Буратино, созданного им.
А в Деревянном Человечке было много от самого А. Толстого. Петр Вайль выразил это следующими словами:
«В «Буратино», действительно, – легкость необыкновенная, с остроумными образными находками. Взрослому человеку необходимо перечитать «Буратино», чтобы насладиться этим. Там Мальвина в каких-то полевых условиях хочет причесаться, зеркала у нее нет, и жабы ей тащит из пруда зеркального карпа:
«Десять жаб зашлёпали животами к озеру. Вместо зеркала они приволокли зеркального карпа, такого жирного и сонного, что ему было всё равно, куда его тащат под плавники. Карпа поставили на хвост перед Мальвиной. Чтобы он не задыхался, ему в рот лили из чайника воду.
Суетливый удод завил и причесал Мальвину. Осторожно взял со стены одну из бабочек и припудрил ею девчонкин нос.
– Готово, душечка…»
Замечательно остроумно. Или какой-то носорог бегает, ему на рог в целях безопасности насажен резиновый мячик. Или кот Базилио «шипел от злости, как проткнутая велосипедная шина». Это с одной стороны современность такая, а с другой стороны, Алексей Толстой не боится и архаизмов, потому что, повторяю, очень важно, как в случае с Карабасом Барабасом, он человек другой культуры.»
Безусловно, что это сказка и для детей и для взрослых, возможно даже более для взрослых, чем для детей, просто каждый находит в ней свою мелодию, своё настроение и философию более близкую ему.
Мы уже говорили о том, что образ Буратино можно ассоциировать со многими героями толстовских произведений, но есть много родственных черт у Буратино с Иванушкой-дурачком. Это уже фольклорные аллюзии. Иванушка – «самый свободный герой русского фольклора». Вайль с иронией замечает, что Буратино даже «свободнее Венички Ерофеева». Алексей Толстой освободил его от всех и всяческих обязательств и привязанностей.
В Буратино есть и фонвизинский Митрофан. Тут и сатира на досоветский и советский этикет и быт, иронический взгляд на сервильную интеллигенцию в образе Дуремара.
И, конечно, образование и воспитание – это классическая и вечная тема во все времена. В сказке А. Толстого умудренная опытом черепаха Тортила, встретившись с Буратино на пруду, восклицает:
«Ах ты, безмозглый, доверчивый мальчишка с коротенькими мыслями! Сидеть бы тебе дома да прилежно учиться! Занесло тебя в Страну Дураков!»
Буратино оправдывается:
«Так я же хотел же добыть побольше золотых монет для папы Карло… Я очччень хороший и благоразумный мальчик…»
И нужно отметить, что во все времена проблемы образования остаются нерешенными и несовершенными.
Мальвина в образе воспитательницы Буратино явно напоминает массовое российское образование. А фраза о Буратино «от приличного сидения за столом у него по всему телу ползли мурашки» может вообще стать характеристикой всего советского образования-муштры. Мысли же об учебе вызывает отвращение почти у всех героев сказки, кроме Мальвины, папы Карло и, может быть, говорящего Сверчка.
Лиса и Кот из толстовской сказки так же, как Лиса и Кот из сказки Коллоди транслируют бессмысленность массового школьного образования, которое в любой стране отличается, мягко выражаясь, несовершенством. Это понятно из текста как итальянского, так и русского авторов:
«– Азбуку, ох, ох! – сказала лиса Алиса, качая головой. – Не доведёт тебя до добра это ученье… Вот я училась, училась, а – гляди – хожу на трёх лапах.
– Азбуку! – проворчал кот Базилио и сердито фыркнул в усы.
– Через это проклятое ученье я глаз лишился…»
Но с другой стороны никуда не денешься, какое бы образование ни было, оно нужно, потому что без него не обойтись.
