Он констатировал «чрезвычайно опасное отставание роста технических средств железнодорожного транспорта от возрастающей работы». Достаточно сказать, «что производство рельс у нас не покрывает износа рельсового пути. Такое состояние железнодорожного пути у нас превратилось в источник громаднейшей аварийности и преждевременного износа подвижного состава и паровозов. Около 31 млн гнилых шпал мы имеем на сети и, что совершенно недопустимо, их значительное количество на магистральных линиях»[730].
К чему привело такое состояние основного капитала железных дорог? Печальный вывод был сделан в выступлении Куйбышева: «Транспорт за последние два года систематически не справляется со своими задачами, плетясь в хвосте развития всей экономики страны»[731]. И в результате так и не разработанный и не осуществленный план технической реконструкции железнодорожного транспорта «переехал» из первой пятилетки во вторую. И это стало следствием провала в планировании (в чем немалую роль сыграла охота на «вредителей»), приведшего к диспропорции в развитии промышленности и транспорта. Железные дороги все же обеспечили значительный рост грузооборота (хотя и не полностью удовлетворявший потребности народного хозяйства), но этот прирост опирался на заметно меньший прирост протяженности пути, количества паровозов и вагонов. Таким образом, нагрузка на основной капитал железных дорог возрастала, что вело к его повышенному износу.
Позитивным моментом концепции второй пятилетки, разрабатывавшейся под руководством Куйбышева, в отличие от первой (если не считать оболганный и забытый отправной вариант, разрабатывавшийся репрессированными впоследствии специалистами под руководством Г.М. Кржижановского), стал отказ от фетишизации темпов экономического роста. Куйбышеву удалось постепенно преодолеть и собственное желание чисто волевым путем превратить желаемое в действительное, не считаясь с объективными обстоятельствами, и убедить в необходимости более реалистичного подхода соратников по Политбюро. Во всяком случае Сталин, выступая на январском (1933 года) объединенном пленуме ЦК и ЦКК ВКП(б), проявил осторожность, предлагая даже меньшие темпы ежегодного прироста промышленности на вторую пятилетку (13–14 %), чем принятые впоследствии XVII съездом. В конечном итоге по сравнению с предложениями, озвученными Куйбышевым на XVII партконференции, в резолюции XVII съезда о втором пятилетнем плане произошла дальнейшая коррекция плановых заданий в сторону снижения: рост промышленного производства к 1937 году предполагался уже не в 2,5, а только в 2,1 раза, выплавка чугуна снижалась с 22 млн тонн до 16 млн тонн, добыча угля – с 250 млн тонн до 152,5 млн тонн, добыча нефти и газа – с 80–90 млн тонн до 46,8 млн тонн, производство тракторов – со 170 тыс. штук до 167 тыс. штук. Как видим, сокращение по этим позициям, кроме производства тракторов, достаточно существенное[732].
Не забыл председатель Госплана СССР, выступая перед делегатами съезда, упомянуть и о роли рабочего класса. Но если на XVI съезде Куйбышев посвятил активности рабочего класса в борьбе за выполнение заданий пятилетнего плана специальный раздел своего доклада, то на XVII съезде он упомянул о роли рабочего класса лишь однажды, в самом конце выступления, в связи с необходимостью укрепления диктатуры пролетариата. Какую именно роль в этом должен сыграть рабочий класс, осталось неясным.
