Самарский губком партии возлагал на Куйбышева определенные надежды, связанные с восстановлением и укреплением работы губернской парторганизации. Именно поэтому губком обратился в ЦК РКП(б) и Высший военный совет Республики с ходатайством об освобождении Куйбышева от должности политического комиссара 4-й армии для политической работы в губернии. И 31 октября это ходатайство было удовлетворено: его освободили от обязанностей политкомиссара 4-й армии. Позднее он был избран председателем исполкома Самарского городского Совета. Разные источники приводят разные даты этого события (15 ноября, 18 ноября), а сам Куйбышев утверждал, что был избран 19 ноября 1918 года[69]. В конце февраля 1919 года Куйбышев избирается также председателем исполкома Самарского губернского Совета.
К этому моменту в личной жизни Куйбышева происходят значительные перемены. Еще в 1917 году, после рождения сына Владимира, он расходится с его матерью, Прасковьей Стяжкиной. Его второй гражданской женой становится Евгения Соломоновна Коган, работавшая вместе с ним сначала в Самарском ревкоме, а затем в Самарском губкоме партии секретарем по оргработе. В 1918 году она становится членом ревтрибунала 1-й армии, оставаясь таким образом рядом с Куйбышевым. В марте (по другим данным – в феврале) 1919 года Евгения Коган родила Валериану Владимировичу дочь Галю.
Хотя к тому моменту, как Куйбышев расстался с Прасковьей Стяжкиной, прошло уже около двух лет, полностью контактов он с ней не порывал. В тяжелое время Гражданской войны, когда до конца 1919 года Стяжкина не имела надежных источников существования, Валериан периодически поддерживал ее материально и продолжал время от времени видеться с ней и со своим сыном Владимиром.
На должности председателя губисполкома Куйбышеву в который уже раз пришлось столкнуться с крупным военно-политическим кризисом, затронувшим Самарскую и Симбирскую губернии. Речь идет о серьезном вооруженном выступлении крестьян, получившим наименование «чапанной войны» (от местного слова «чапан» – длиннополая крестьянская одежда).
Восстание началось с убийства 5 марта крестьянами села Новодевичье Сенгилеевского уезда Симбирской губернии командира продотряда и начальника уездной ЧК. 6 марта восстание охватило не только Сенгилеевский и Сызранский уезды Симбирской губернии, но и Ставропольский и Мелекесский уезды Самарской губернии. Уже тогда число восставших оценивалось в 50 тыс. человек. Общим для восстания был лозунг «Долой коммунистов. Да здравствует Советская власть». Этот лозунг получил широкое распространение в ходе разного рода выступлений против власти большевиков вплоть до 1921 года.
7 марта Самарский губисполком собирается на срочное заседание под председательством Куйбышева, чтобы организовать штаб для подавления восстания. Губисполком постановил:
«Революционно-полевому штабу предоставить всю полноту военной и гражданской власти в Ставропольском районе.
Революционно-полевому штабу подчинить все действующие в пределах района воинские части»[70].
Приходится признать, что другими документальными свидетельствами о деятельности В.В. Куйбышева в марте 1919 года, в том числе и в связи с «чапанной войной», мы не располагаем. Известно о работе Самарского губернского военно-революционного комитета, во главе которого в тот период находился Леонид Дмитриевич Сокольский (впоследствии сменивший Куйбышева на посту председателя губкома партии), о чем существует немало документальных свидетельств[71].
Однако действия Самарского ВРК никак не могли осуществляться в отрыве от руководства губкома РКП(б) во главе с Куйбышевым. Налицо и документы о совместных заседаниях губ-ревкома и губкома партии, обсуждавших вопросы о причинах «чапанной войны» и необходимых в связи с этим шагах[72].
Дальнейшее развитие событий говорит о том, что именно накануне и во время «чапанной войны» налаживаются деловые отношения между М.В. Фрунзе, в январе 1919 года назначенного командующим 4-й армией Восточного фронта, штаб которой располагался в Самаре, и В.В. Куйбышевым. Фрунзе приходилось распределять силы между отражением наступления колчаковских войск и подавлением обширного крестьянского восстания в тылу фронта. И, разумеется, обойтись без обращения к помощи со стороны губернской парторганизации он не мог. Ведь восстание принимало угрожающие масштабы.
7 марта 1919 года крестьянская армия вошла в Ставрополь-на-Волге.
Такое развитие событий обеспокоило командование Восточного фронта. Реввоенсовет фронта принял срочные меры, о которых счел нужным доложить Главкому Вацетису:
«Сообщение РВС Восточного фронта Главкому И.И. Вацетису о крестьянских волнениях в Самарской и Симбирской губерниях
г. Симбирск 9 марта 1919 г.
