Но ВЦСПС тоже нуждается в хороших работниках и товарища Куйбышева не отдает. Вообще август 1921 года оказался для него богат на назначения. Впрочем, история очередного назначения началась еще раньше, 8 июня, когда Совет Труда и Обороны издал постановление о срочном ремонте московской водопроводной сети и о представлении Моссоветом в 3-дневный срок проекта положения о чрезвычайной тройке и ее личного состава. Бюрократические колесики завертелись, и 24 июня СТО принимает соответствующее постановление: «1. Тройка назначается в составе представителя Московского Совета и председателя тройки т. Ихновского, представителя Главкомгосоора тов. Куйбышева, представителя Московского коммунального хозяйства инженера Ольденборга»[175]. Из этого документа мы, между прочим, узнаем, что Куйбышев, оказывается, входил еще и в состав Главного комитета государственных сооружений ВСНХ.
Но так просто и быстро тогда дела не делались. Понадобилось еще и отдельное постановление СТО от 17 августа 1921 г., коим утверждался новый персональный состав «Чрезвычайной тройки по ремонту водопровода в составе М.К. Ихновского, В.В. Куйбышева и инженера Герасимова» [176].
А 24 августа Куйбышев по решению Президиума ВСНХ вводится в коллегию Центрального производственного управления.
Но Валериану Владимировичу приходилось заниматься не только хозяйственными и профсоюзными вопросами. Например, 26 сентября 1921 года он присутствует как представитель ВСНХ на заседании Оргбюро ЦК РКП(б), на котором обсуждался вопрос о циркулярном письме ЦК в связи с нарушениями п. 13 Программы партии (посвященного отношению к религии) и о постановке антирелигиозной пропаганды [177].
15 ноября 1921 года Куйбышев участвует в заседании комиссии СТО по вопросу о снабжении сотрудников ВЧК, которая разбирала также и вопрос о численном составе ВЧК. В результате комиссия постановила:
«б) Признать, что вопрос о сокращении количества сотрудников ВЧК является вопросом сокращения объема работы ВЧК, и, считая, что данная Комиссия не компетентна его решать, перенести вопрос в Политбюро. Поручить тов. Куйбышеву и Уншлихту договориться с тов. Молотовым о утверждении Политбюро этой Комиссии или создания своей»[178]. Политбюро уже 18 ноября решает:
«Передать вопрос о сокращении штатов ВЧК в назначенную Совнаркомом комиссию в составе т.т. Каменева, Курского и Дзержинского в связи с вопросом о функциях ВЧК с тем, чтобы в случае надобности была выделена подкомиссия по штатному вопросу и были бы так или иначе использованы материалы штатной комиссии т.т. Куйбышева – Уншлихта»[179].
Но это было не единственное дело, в обсуждении которого на заседании Политбюро 18 ноября 1921 года участвовал Куйбышев. Помимо пункта 12 повестки дня, посвященного штатам ВЧК, он был вызван для обсуждения следующих вопросов:
«9. О концессии на поиски, разведку и разработку магнитных железняков в районе действия Курской магнитной аномалии (Куйбышев, Богданов) <…>
10. Обжалование президиумом ВЦСПС пост. Оргбюро об отводе кандидатуры Сергеева в коллегию Главметалла (Богданов, Куйбышев) <…>
16. О съезде промысловой кооперации (Куйбышев, Богданов, Осинский, Бумажный, Гаврилов)»[180].
Осенью и зимой 1921 года Куйбышев занимался проектом, выдвинутым группой американских рабочих и специалистов, во главе с Себальдом Рутгерсом, Биллом Хейвудом и Г.С. Калвертом. Они обратились к советскому правительству с предложением создать в Кузбассе автономную колонию, ядром которой стали бы иностранные рабочие и специалисты. Лидеры этой группы были связаны с американской анархо-синдикалистской организацией «Индустриальные рабочие мира» (IWW). Их проект предусматривал взять в аренду Надеждинский металлургический завод и часть шахт Кузнецкого угольного бассейна. В сентябре 1921 года они встретились в Москве с В.И. Лениным, который поддержал этот замысел, видя в нем привлекательную форму практической солидарности международного рабочего класса с рабочими Советской России и питая надежду, что этот проект послужит примером для других подобных начинаний.
Куйбышев занялся этим делом по поручению Ленина. Согласование проекта шло не гладко. У советской стороны были сомнения в инженерных и организаторских способностях ряда руководителей проекта с американской стороны. Были разногласия и по финансовым вопросам. Кроме того, иностранцы категорически настаивали на невмешательстве ВСНХ в дела колонии. Но, несмотря на все эти разногласия, Куйбышеву удалось довести дело до конца, и 25 декабря СТО заключил соглашение с руководителями колонии. Ее дальнейшее развитие протекало уже без участия Куйбышева[181].
