Что писать о переживаниях… Неблагодарное это дело и бестолковое. Я ругал себя самыми последними словами, наивно полагая, что больше всех в неудачном выступлении моей Аллы виноват я. Через некоторое время, возвращаясь самолётом из Москвы, я встретил одного известного музыканта, с которым был давно знаком. Он-то и рассказал мне об истинных причинах провала Аллы в Юрмале. Дело в том, что мы готовились и выбирали репертуар самостоятельно, а нам надо было обязательно (негласный закон) обратиться за помощью к Иосифу Давидовичу Кобзону, у которого Алла училась. Без него в эстраде, а уж тем более у его учеников, в то время не происходило ничего. Одного его слова было достаточно, чтобы решить эстрадную судьбу того или иного певца или музыканта. Результат не заставил себя долго ждать: самостоятельность не прощали и учили жёстко.
Пока мы были на фестивале, мои родители побывали с концертом в Аткарске. Конечно же, встретились там и с Галиной Николаевной, и с Юрием Ивановичем, отцом Аллы. Он-то и пригласил моих родителей к себе в гости. Дядька он был гостеприимный и постарался принять своих будущих родственников как можно хлебосольнее. Как я уже писал, родители Аллы в то время были в разводе, и у Юрия Ивановича была другая семья. Разумеется, мои родители приняли приглашение и побывали у моего будущего тестя в гостях, чем остались очень довольны. Об этом они и рассказали нам, когда мы с Аллой вернулись из Юрмалы.
Реакция была неожиданной. «Как? Вы были у него? Зачем? Что теперь скажут в Аткарске? Мама с ним в разводе, а вы — у него в гостях?» И в слёзы…
Ответ отца был лаконичен: «Алла, но ведь это твой отец! Зачем же ты нас тогда познакомила, если не хотела, чтобы мы виделись?»
Ну да ладно, как-то всё успокоилось, скоро свадьба, надо платье искать! Люди, жившие в СССР, помнят «широкий» ассортимент товаров народного потребления и одежды, доступных простым гражданам. В Саратове свадебное платье можно было купить по талонам из загса в «Салоне для новобрачных». Мы, конечно, сходили, посмотрели. Бог ты мой! Ну не одевать же эти гардинно-тюлевые принадлежности, выдаваемые за платье, на свадьбу!
Выход нашёлся сам собой и довольно быстро. Двоюродная сестра Аллы совсем недавно вышла замуж и у неё сохранилось свадебное платье, практически новое. Его-то она и предложила Алле. Платье было заграничное, очень красивое, с фатой, шляпкой и всякими неимоверными прибамбасами. Оно очень шло Алле.
Остались свадебные фотографии, сделанные профессиональным фотографом. Этим фотографом был папа Александра Файфмана, ныне генерального продюсера Первого канала. С Сашей мы были знакомы давно, даже как-то играли вместе с ним и его братом Фимой (барабанщик, композитор, автор текстов к песням). Саша очень неплохо пел в юности. Жаль, что мы потерялись…
Свадьбу сыграли у нас дома, были самые близкие люди.
Позже Алла призналась мне, что она хотела посмотреть, женюсь ли я на ней, если она потерпит неудачу в Юрмале. Моя маленькая глупенькая девочка! Неужели ты всё ещё сомневаешься во мне?
А вот Галина Николаевна, мама Аллы, смотрела в наше будущее гораздо дальше и видела его явно каким-то другим для своей дочери. «Лёня, прошу, с детьми не спешите, пусть Аллочка сначала институт окончит», — не уставала повторять она. Так оно и вышло, как в воду глядела. Недаром говорят, выслушай женщину и сделай наоборот.
Вскоре после свадьбы эстрадно-сатирический театр «Микро» выехал на гастроли — Минводы, Сочи, Крым. Для нас это было как свадебное путешествие! Горы, море, солнце и мы! Рай! И надо же такому случиться — у Аллы на ноге, сантиметров 10–15 выше колена появился фурункул. Мы метнулись к врачам, но они ничем не помогли. Выписали какую-то мазь и всё. Фурункул рос, быстро увеличиваясь в своих размерах и жутко болел. Алла даже не могла работать, лежала в номере — ходить не могла. Дней через пять-шесть нарыв прорвался, оставив на ноге внушительных размеров шрам.
Уж не на этот ли шрам ссылалась позже Валерия, рассказывая о том, что Шульгин воткнул ей нож в ногу?
Гостеприимство — качество, которое складывается из первобытной простоты и античного величия.
Вернувшись с гастролей, мы уволились из театра. Всё там было хорошо: и поездки замечательные, и хорошие концертные залы. Не было только одного: музыки. Вернее была, но театральная. Нам это не подходило. Без работы остаться мы не боялись, так как наши друзья-музыканты работали в ресторане и мы могли рассчитывать на их помощь.
Совершенно неожиданно позвонил мой друг и сказал, что они с женой едут на море и хотят пригласить нас собой.
— Да мы только с гастролей с моря вернулись! — Ну и что? Поехали на недельку, у нас два лишних билета на самолёт до Адлера есть!
