- А ну-ка не смейся! Я злой и страшный дядька Арим и сейчас буду тебя наказывать.
- Ты не злой, а очень добрый. И не страшный, а красивый. И совсем не дядька...
Юноша засмеялся.
- Раз я такой добрый, красивый и молодой, то почему ты в меня снежками бросала?
- Чтобы привлечь внимание! - Лина ничуть не смутилась.
- Ого! Хороший способ!
- Да! Может, я... Может, я в тебя тайно влюблена, а ты на меня внимания не обращаешь!
Голос Лины звенел от смеха. Ральд смущенно отвел взор, стараясь скрыть то, что понял. Девочка действительно была влюблена. По уши.
- Надеюсь, что нет! Я ведь через два дня уезжаю, а когда мы вновь встретимся, если встретимся, ты уже будешь чьей-то женой и матерью пяти ребятишек...
Девочка фыркнула, но взгляд стал серьезным и взрослым. Перед Ральдом вновь была та девочка, что пыталась вытянуть брата на пирс. Пыталась выжить.
- Ты так надолго уезжаешь?
Ральд кивнул. Лина вздохнула, ее взгляд стал задумчив. Она понимала, что сказка закончилась: через два дня ей и брату придется вернуться на улицу...
- Арим! А ты можешь взять Райка с собой? Из него выйдет отличный воин, вот увидишь!
- Я знаю, - Арим взъерошил волосы: - Я предлагал ему. Он отказался. Лина, ты понимаешь, что я не могу взять вас обоих? Хотел бы, но не могу. Никак.
Девочка кивнула, скрыв грусть за улыбкой.
- Он примет твое предложение Арим. Примет, куда никуда не денется, - девчонка хмыкнула.
- Ой ли? - Ральд недоверчиво посмотрел на Лину.
Девочка сделала невинные глаза. Ральд, не выдержав, заливисто расхохотался и, покачнувшись, потерял равновесие.
- Ари-и-им!!!
Девочка со скоростью белки спустилась на землю и склонилась над лежавшим юношей.
- Арим... Нет. Это моя вина. Я - глупая злая девчонка. Ну, пожалуйста, не умирай! - Лина взяла лежащего Ральда за руку и прикоснулась к ней губами, слезы в два ручья текли из ее глаз: - Арим, ну открой глаза. Обещаю, я... я постираю всю твою одежду... и заштопаю дырки... и вымою твой походный котелок...
Юноша затрясся крупной дрожью, и, прежде чем Лина поняла, что это не конвульсии, а смех, сгреб девочку в охапку и начал щекотать.
- У меня нет котелка...
Девочка завизжала и, вырвавшись, побежала в корчму. Вслед ей понеслись слова Арима:
- Ты обещала! Ловлю на слове!
Лина замерла на пороге и, развернувшись, уперла руки в бока.
- Это был обман! Ты жульничал!
Девочка показала язык - широкий такой, лопатой - и скрылась за дверью корчмы.
* * *
Райк с Эваром давно ушли (сказав, в какой корчме их можно найти), а я все сидела в своей комнате, бездумно глядя за окно. Даже принятая ванна не смогла развеять мысли. На сердце было серо и уныло. Что ж, прошлое теперь навсегда останется прошлым. Жить надо настоящим.
Тряхнув головой так, чтобы мысли, словно горсть медяшек, хорошо перемешались, я глубоко вздохнула и подошла к шкафу. Разложила на кровати бальное платье, невольно провела ладонью по мягкому ньерсу, улыбнулась. И бросила рядом на кровать скромненькое платьице горожанки, чепец, чулки... Переодевалась я, порой прыгая на одной ноге и чуть не падая, потому как мыслями была далеко: до встречи с принцем Кейкором мне нужно было поговорить еще с одним человеком.
Зашнуровав платье и поправив чепец, я повесила на пояс кошелек, на руку - плетеную корзину и вышла из дома. Надо же совместить... полезное с полезным. Тем более что путь к Храму Святого Райва, где отцом-настоятелем был мой давний знакомый Нарром, пролегал мимо Пестрой площади - большого оратанского рынка, где можно было купить все: от овощей до клинков. Кому что нужнее.
Впрочем, окунуться в его толчею и гомон я решила не до, а после встречи с Нарромом. Тащить с собой в Храм тяжелую корзину с продуктами мне как-то не хотелось. К тому же... барэды знают, чем этот разговор мог обернуться, а бегать всегда было лучше налегке - это я еще в детстве усвоила.
Здание Храма Святого Райва, в отличие от его собратьев по вере в центре города, не поражало великолепием: простое двухъярусное строение ничем особым не выделялось из окружения, разве что руна, вырезанная на дубовых дверях, да витражи на окнах каждому говорили о том, что это Храм. Пусть и нареченный именем малоизвестного Райва.
Я трижды постучала медным молоточком, и дверь тут же бесшумно открылась. На пороге меня встретил ворчливый Хотэр, и я мысленно пожалела, что не пришла позже, когда на стражу вступит весельчак Лек.
Хотэр жестом впустил меня внутрь и закрыл дверь, произнеся:
- Холодно сегодня. Пришла помолиться? Интересно, с чего вдруг? Впрочем, это не мое дело, а отца-настоятеля. Терпим он к тебе... Порой слишком. Вот и сейчас... Он просил проводить тебя к нему, как придешь. Знал, что явишься. В его-то годы и такую вертихвостку опекать... Ох, не закончится это добром...
Я молчала. Хорошо так молчала, с чувством. Потому как не могла понять сразу двух вещей.
Во-первых, почему вертихвостка? Нарром знал меня с восьми лет и мог назвать скорее сорванцом, нежели вертихвосткой. Хотя, может, со стороны было виднее?
