Она не ослышалась? Он назвал её не Стальным Пером, а по имени? Было непривычно услышать такое.
Вана не знала, как нужно молиться. Под вой метели в голове роились бесчисленные мысли. Сзади доносился тихий голос, и девушка прислушалась, пытаясь разобрать слова. Но послушник говорил на совершенно чужом языке, и, хотя Вана встречала немало иноземцев в «Хромом Кабане», ничего похожего она не слышала.
Девушка попыталась собраться с мыслями и призвать на помощь небесные силы.
Внезапно Самаэль прервался и с хрипом закашлялся. Затем мучительное ржание Новы заглушило рёв бури, прокатившись эхом по маленькой часовне. Тишина. Только ветер гудел за каменными стенами.
Вана не могла себя сдерживать. Ей захотелось понять, что произошло, поэтому она повернулась и посмотрела назад сквозь тусклый свет свечей. Нова неподвижно лежала на боку, а Самаэль привалился к ней всем телом.
– Нова? Самаэль, что ты сделал? Скажи что-нибудь!
Ярость и отчаяние захлестнули Вану, и она бросилась к своей лошади. Жжение в груди нарастало, и как раз в тот момент, когда она хотела дотянуться до Самаэля и оттащить его от Новы, произошло что-то совершенно необъяснимое.
На долю секунды два неподвижных тела перед ней вспыхнули ярким светом, и Самаэль дёрнулся, а затем неестественно выгнулся назад. Парень издал болезненный стон, и его тело затряслось в судорогах.
– Самаэль… Могу я чем-то…
Вдруг юношу резко отбросило назад, словно его швырнула какая-то невидимая сила. Послушник врезался в последние ряды скамей, которые тут же разлетелись в щепки.
– Самаэль! – Вана ошарашенно посмотрела на лежащего без сознания парня и вдруг услышала позади себя фырканье.
Нова стояла рядом, уткнувшись носом в хозяйку. Кобыла осторожно понюхала волосы Ваны, слегка постукивая копытом.
– Нова… тебе лучше?
Вана оглядела бок лошади, но вместо зияющих дыр от клыков и когтей виднелись лишь несколько тонких шрамов. Вана наклонилась вперёд и осторожно провела пальцем по тем местам, где ещё недавно блестела кровь. Кожа была тёплой, с едва заметными шероховатостями, напоминающими следы от ожогов. Как он это сделал?
– Самаэль!
Она наспех поцеловала Нову в лоб, а затем метнулась к парню, всё так же неподвижно лежащему среди обломков. Под слоем пыли и щепок не было видно ни ран, ни ушибов. Он просто лежал на полу. Его лицо выглядело ещё бледнее, и из-за доспехов Вана не понимала, дышит он или нет. Она в страхе взяла Самаэля под руки и вытащила его из-под завалов. Несмотря на стройную фигуру, он был тяжёлым, как бык. С трудом протащив парня в центр часовни, Вана склонилась над безжизненным телом.
– Не смей умирать, слышишь? Не смей!
Она прижала руки к его груди, как учил на уроках медицины магистр Брандт, затем наклонилась вперёд, чтобы сделать несчастному искусственное дыхание.
Но стоило девушке коснуться его, как он открыл глаза.
– Ух, продолжай, Стальное Перо. Только будь осторожна – у меня на поясе кинжал. И вообще, для начала не стоит ли нам узнать друг друга получше? Меня зовут Самаэль фон Мордархайм.
Вана ошеломлённо вгляделась в лицо послушника и не поверила своим глазам. Только что он не подавал признаков жизни, а теперь распластался под ней и смотрел на неё со своей фирменной ухмылкой.
– Ты… Ты же только что был… Как это возможно?
Самаэль попытался приподняться.
– Стальное Перо, я, конечно, рад, что ты так уютно устроилась, но буду признателен, если слезешь с меня. Хотя по тебе и не скажешь, что ты ешь за троих, но весишь ты не меньше тонны.
– Как… Что? – Вана только сейчас осознала, что сидит верхом на Самаэле. Пытаясь скрыть нарастающее чувство неловкости и стыда, она пробормотала: – Ах ты, поганец… – и, разгневанная, поднялась на ноги. Скрестив руки на груди, девушка отвернулась.
– Ну хватит постоянно обижаться! У вас, тигонцев, совсем беда с чувством юмора или ты просто капризничаешь, как и все девчонки?
Вана гневно сверкнула глазами.
– Да как ты смеешь? Сначала ты мне помог. Потом сбежал. Затем ты снова появляешься из ниоткуда и ведёшь себя как последняя скотина! А сейчас ты вдруг пришёл и…
– Спас твою лошадь? Всегда пожалуйста!
Не найдя нужных слов, Вана замолчала. Нова тихо заржала и встала рядом с Самаэлем, который нежно погладил её по голове, как будто надеялся, что кобыла поддержит его в знак благодарности.
– Да уж, прекрасно. Ну спасибо тебе, Нова! – Вана огорчённо покачала головой, глядя на свою любимицу.
– Вот видишь, ей я точно понравился! – Самаэль улыбнулся, а затем снял с лошади попону и уздечку. – Мы должны обустроить ночлег. Буря продлится всю ночь, так что про занятия можно забыть. Балос сообщит обо всём магистру, и мы вернёмся завтра утром, когда погода наладится.
Он без видимых усилий поднял несколько скамеек и поставил их рядом. Затем парень сорвал со стен ковры, постелив их рядом с попоной. Соорудив спальное место и для Новы, Самаэль укрылся плащом, лёг на одну из скамеек и посмотрел на Вану своими тёмными потусторонними глазами.
