– Меня, как ветерана и искателя Верховного командования и церкви, радует, что в наших послушниках кипит такая неуёмная энергия. И я надеюсь, что вы проявите свой азарт и в учёбе. – Он снова сделал глоток. – И одно напоминание для всех вас: тот, кто ещё раз позволит себе проявить неуважение, выскажет нелепые гипотезы или поднимет запретные темы, не только будет удалён из аудитории, но и получит штрафные баллы, а также будет отрабатывать наказание на благо других. – Магистр сурово посмотрел на Самаэля, и ни один мускул не дрогнул на его лице, когда парень невозмутимо ответил на его взгляд. – Итак, давайте продолжим!
Никодим вернулся к своему докладу и перешёл к отдельным пунктам. Самаэль сидел на скамье и что-то старательно записывал на клочке пергамента.
– Наверняка этот избалованный маменькин сынок строчит жалобу на Никодима, – язвительно усмехнулся Леннарт. – И чего старик так долго церемонился с ним? За такую наглость его надо бы посадить за решётку, вот это будет справедливо, – добавил он.
– Возможно, потому, что он наш гость, – предположил Леопольд. – Кто знает, может, в их отряде разрешается грубить наставникам?
После лекции все послушники высыпали из зала, чтобы разойтись по своим комнатам. Было уже поздно, и завтра всех ждал ранний подъем, после которого последует пробежка и отработка боевых приёмов в снегу.
Вана заспешила по коридору за остальными тигонцами, когда Самаэль похлопал её по плечу:
– Возьми, это для твоего Ленни. Я всё думал, как бы получше выразиться. Надеюсь, у меня получилось. До завтра!
Он сунул ей в ладонь маленький кусочек пергамента и бросился вдогонку за своими соратниками. Вана удивлённо посмотрела ему вслед. Теперь он вдруг заговорил с ней по-дружески и даже слегка смущённо.
– И что же хотел от тебя послушник Трепло? – Айден, Леопольд и Леннарт сверлили её взглядом.
– Он передал кое-что для тебя, Ленни. Думаю, он хочет извиниться за своё поведение в таверне.
Леннарт взял клочок пергамента и, едва развернув, со злостью швырнул его на пол.
– Ах ты, трусливый засранец! Ну держись! Ты ещё ответишь за это! До завтра, ребята, – проворчал он, поднимаясь по лестнице.
Вана с интересом подняла пергамент.
– До чего же подло! Но, надо заметить, он умеет не только болтать – из него бы получился неплохой художник.
Леопольд тоже рассматривал листок. На нём была нарисована свинья с головой Леннарта. А рядом Самаэль изобразил девушку с короткими волосами, которая палками подгоняла свинью к корыту с помоями.
Вана скомкала рисунок и бросила его в подставку для факелов, где он тут же сгорел без следа.
– Малевальщик и балабол каких поискать. И как он только попал в орден Гладиаторов?
Следующие недели шли по привычному расписанию, включающему не только тренировки, но и ежедневные стычки между новобранцами Тигона и Хайдоры. Особенно враждовали Леннарт и Самаэль, и у Ваны сложилось впечатление, что наставники не просто закрывали глаза на их соперничество, но даже поощряли.
В одно морозное утро послушники обоих отрядов отправились на конную прогулку. Несмотря на холод, Вана с нетерпением ждала возможности прокатиться верхом, пусть даже в воинских доспехах было не очень удобно.
Она оседлала свою кобылу Нову и нежно погладила её по голове:
– Вот так, моя красавица. Сегодня можешь немного погулять.
Вана подумала о своей прежней жизни, в которой всё было просто и предсказуемо. С тех пор, как в академии начались постоянные занятия и тяжёлые тренировки, все тяготы жизни у тёти Мильды стали казаться ей незначительными пустяками. Поэтому она ещё больше ценила такие моменты, как этот, когда снова оказалась в седле. Совсем как прежде, когда они с Алиной вместе прогуливались по долине и делились своими девичьими секретами, а Вана изливала душу, надоедая подруге своей мечтой стать гладиатором. И вот теперь она была на пути к цели. Разве могла бы она когда-нибудь такое представить?
Остальные новобранцы тоже оседлали коней. Лошадь была для рыцаря не только предметом роскоши, но и верным другом. Если на воине не было массивных доспехов, ему требовалось надёжное средство передвижения, и поэтому каждому новобранцу в начале обучения выделили свою лошадь, за которой нужно было ухаживать.
Господин фон Сакс дал приказ, и послушники приготовились к занятию. Вана бросила случайный взгляд на Самаэля и других мрачно одетых хайдорцев.
– Давайте как следует проучим эту наглую обезьяну! – обратился Леннарт к Ване и Айдену, а затем погрозил послушникам Хайдоры.
Айден почесал едва проступавшую щетину на подбородке и покачал головой.
– Не будь идиотом, Ленни. Всё-таки они наши соратники.
Вана посмотрела на гостей и увидела, как Балос и Самаэль наклонились со своих скакунов и с ухмылкой покосились на неё.
– Может, они и наши соратники, но мы всё равно должны показать этому напыщенному
