— Ты не понял, Профессор. Утром я только смогу пойти на Элисан в клуб, там открывается с десяти. Раньше одиннадцати точно ничего не смогу узнать. Давай я приду сюда к полудню или немного позже? — предложил Хорек, сделал еще глоток, фыркнул и спросил: — И чо, мне сейчас уходить? Ночь, блядь…
— Да, Хорь, проваливай! Мы устали! Хватит здесь бухать! — голос Синди стал резким. — Можешь взять свою бутылку и Чику в придачу!
При словах о Чикуту физиономия Хорька расплылась в глуповатой улыбке.
— Нет уж, Шухер. Я его подмышкой не унесу, — он с явной неохотой встал, направился к двери. — Профессор, ты же не собираешься меня кинуть? Сам туда не ходи. Дождись все-таки меня, — сказал он, выходя в коридор.
Чикуту так и оставили в коридоре на полу. Правда Синди смилостивилась и человеку, которого недавно хотела застрелить, положила под голову старую кофту, укрыла его большим мягким ковриком, на котором прежде спал Джек.
— Хочешь, как было на кухне перед тем, как начал ломиться Чику? — спросил Майкл, когда они с мисс Стефанс вошли в спальню.
— Ты грубый, Майкл, — Синди отвернулась, хотя была полна желанием, чтобы повторилось все произошедшее перед приходом ацтека. Еще ей вспомнилось, что между ней и Чикуту, тоже было подобное, но об этом Майклу лучше не знать.
— Да, я грубый, — с вызовом сказал барон Милтон, вслушиваясь в звук собственного голоса — он звучал достаточно властно, и эти твердые нотки придали Майклу еще больше уверенности. — Хочешь ты или нет, я сделаю это!
Майкл повернул ее к себе и начал расстегивать платье. Синди стояла закрыв глаза, иногда вздрагивая от его прикосновений. Когда барон справился с пуговками, он просто сдернул платье с мисс Стефанс. Повернул ее голову за подбородок к себе и сказал:
— Возьми в рот!
— Ну Майкл!.. — Синди поджала губы.
— Давай, Синди! Только не вздумай сказать, что я как Бомбей! — Майкл торопливо расстегнул брюки, левой рукой нажал на худое плечико мисс Стефанс.
Она вздохнула, как-то обреченно, опустилась на колени и поцеловала головку его члена. Коротко глянула снизу вверх и, встретившись с неожиданно строгим взглядом барона Милтона, будто нехотя взяла в рот.
Запустив пальцы в ее рыжие волосы, Майкл притянул Синди к себе. Она чмокала громко и сопела, впуская его бойца почти наполовину. Когда барон Милтон старался войти глубже, госпожа Шухер издавала долгое «м-м-м…» и упиралась руками. Сладкое ощущение ее ротика заводило Майкла Милтона так, что по позвоночнику поползли мурашки и жар начал разливаться от члена по животу. Может быть от этого, а может под воздействием приличного количества выпитого виски, Майкл вспомнил, что говорил ему недавно Чикуту. Ацтек сказал что-то вроде: «Попробуй, дрыгни ее в жопу! Будет здорово!».
— Синди, — барон оторвал ее от себя, поднял и повернул к себя задом, заставив упереться руками в кровать.
Пальцы Майкла прошлись по ее теплой мокрой промежности. Госпожа Стефанс с огромным нетерпением ждала его члена. Только, наверное, ждала не так, как то задумал Майкл. «Это будет, конечно, грязно», — подумалось Майклу. — «Но что поделаешь, Уайтчепеле — грязный район, как и помыслы людей, живущих в нем».
Вопреки моим опасениям, Бабский не побежал, на его лице даже не отразилось ожидаемого испуга.
— Ваше сиятельство! — он, не соглашаясь со мной, мотнул головой. — Но я не брал эйхос с собой! Мой остался в сейфе, в который мы сдавали вещи. Все было согласно вашим требованиям. А этот, — виконт указал на эйхос, что был у меня в руке, — только что купил в «Barluk’s Electric Things». Посмотрите — он же новый, упаковку я выкинул. Но можете убедиться по состоянию — новый.
— Наташ, проверь, пожалуйста, есть ли в нем контакты и какое-то содержимое, — я передал устройство связи Бондаревой, уже понимая, что эйхос действительно новый, не российский — на этом красовался сребристая эмблема английской корпорации «Silver Duck». — Объясни, Сэм, на кой хрен ты его так поспешно купил?
— Ну просто. Я привык к этим штукам. Эту модель я хорошо знаю. Я же жил здесь, правда в другом конце Лондона. Купил, потому что в нем карта и полезные указатели. Смотрел по районам, где нам удобнее остановиться. Я даже метку сделал на Грин-роуд, там есть интересный отельчик, не помню названия, что-то про заблудшую лошадь, — Бабский смотрел на меня и хлопал ресницами честнейших глаз.
