– Придумываешь ты всё, – хмурится Василёк. – Колодец, может, и глубокий, но живут в нём только мошки и белокрылые зубатки. Правда, зубаток только в папином шлеме видно. Я проверял.
– А ещё там живёт русалка, – не отступает Меду-ника. – Я загадаю желание, и она его исполнит! А ты, если не веришь, рассказывай о своих мечтах зубаткам.
Медуника поднимается ввысь и срывает с клёна молоденький листок.
– А это ещё зачем? – спрашивает Василёк, но Медуника обиделась, а потому молчит.
Листок она прикладывает к губам и что-то ему шепчет. Разобрать слова у Василька не получается. Стóит подойти к фее ближе, как она тут же отворачивается и начинает говорить ещё тише.
– Я и так знаю, что ты загадаешь, – ворчит Василёк. – Медовый торт! Или смородиновый пирог.
– А вот и нет, – Медуника взлетает над колодцем и отпускает кленовый листок.
Плавно опускается он всё глубже и глубже, пока не падает в голубой круг неба. Долго смотрит Медуника на мелкую рябь. Ждёт, когда же русалка желание исполнит, но ни через пять минут, ни через десять, ни даже через пятнадцать ничего не происходит. Листок прибивается к стенке. Разглаживается рябь на воде.
– Ну что, получилось? – хмыкает Василёк.
Медуника вытягивает руки вдоль тела и крепко сжимает кулачки. Щёки её краснеют, ноздри раздуваются, глаза блестят… Ещё чуть-чуть и в колодец вслед за листиком полетят слёзы. Кап… Кап… Кап… Начинает моросить дождь. Это одинокая серая туча проплывает над Камой.
Дождевые капли становятся больше. Медуника оглядывается в поисках укрытия и замечает лопух. Василёк устраивается неподалёку – прячется под тяжёлой головой подсолнуха. Дождь пружинит от земли и быстро создаёт лужи. «Плюп… Плюп… Плюп…» – слышится из колодца. Крышку Серёжка ещё неделю назад сдвинул: «Дед объявил сезон дождей, пусть вода набирается. Я потом туда лодку на моторчике запущу».
Плюп… Плюп… Плюп…
– У русалки сегодня выходной, – говорит Василёк. – Она в гости уплыла. К бабушке в Пожву.
Не видно ему лица Медуники. Только её красные туфельки. Стоят носками к реке, не шевелятся. Молчит Медуника. «Спряталась под лопухом и плачет, наверное», – думает Василёк. Он набирает в грудь побольше воздуха и как можно быстрее летит к лопуху. По пути Василёк старается увернуться от капель, но некоторые всё равно ударяют его по плечам.
– Ты чего? – удивляется Медуника, когда Василёк забирается под лопух.
От слёз лицо у неё немного изменилось. Веснушки стали ярче, а глаза – как будто ещё синее. Смотрит Василёк в эти глаза и чувствует, что готов хоть до края деревни под дождём пролететь. Вот только зачем – он и сам не знает. Просто готов и всё. На всякий случай, вдруг Медунике что-нибудь там понадобится.
– Жалко, что я не застала русалку, – Медуника садится на камень и подтягивает колени к груди.
– Я тоже пока не знаю ни одной русалки, – признаётся Василёк. – Зато я знаком с Птахом, а он дружит со всеми чудищами на свете. Может, даже русалок встречал. Если хочешь, я тебя к нему отведу.
– А он умеет желания исполнять? – спрашивает Медуника. – Я бы хотела кое о чём попросить…
Она опускает голову и теребит подол платья.
– Вряд ли Птах в этом поможет, – Василёк садится рядом и смотрит, как пузырится неподалёку лужа. – Птах умеет рассказывать сказки, а ещё согревать тех, кого все боятся.
– Кого все боятся? – повторяет Медуника.
– Радужных рыбок, хвостатых многоногов, лупоглазых крылаток и чудищ с длинными фиолетовыми языками – прыгскоков, – Василёк хочет рассказать подруге о своём приключении с папиным шлемом, но та снова грустит.
– Может, я смогу твоё желание исполнить? – наконец решается Василёк. – Я пока не всё на свете умею делать, но…
– Хочу чаще сюда прилетать, – на одном дыхании произносит Медуника. – Хочу чаще с тобой видеться!
Из-за тучи выглядывает солнце. Василёк приподнимает лопух, и взору ребят предстаёт радуга. Она тянется от бани деда Саши до рябины в огородике бабы Нюры. Крутая, отчётливая, так и хочется по ней прокатиться.
– Птах рассказывал, что когда дождь грибной, на конце радуги появляются земляничные феи, – вспоминает Василёк. – Они готовят ягодные ватрушки и угощают ими всех, кто любит сладкое. Хочешь, я принесу тебе парочку?
– Полетели вместе? – кивает на радугу Медуника.
– Дождь же, а ты без зонта! – Василёк потирает плечи. Они до сих пор ноют из-за крупных капель. – Давай лучше я один. Постараюсь быстро, а ты пока…
Не успевает Василёк договорить, как Медуника выскакивает из-под лопуха и взмывает в небо.
– Догоняй!
Дядя Ягель отвечает за туманы сразу в трёх деревнях: в Каме, в Пожве и в Тамане. В каждую он наведывается примерно раз в месяц, устраивается возле реки и ставит на огонь белый котелок. Что дядя Ягель бросает в тот котелок, Василёк не знает. Не знает об этом и Медуника. Только Луке дядя Ягель доверил свою тайну. Фей всегда сидит у костра вместе с отцом и внимательно следит за каждым его движением. Ладони у дяди Ягеля широкие, кожа грубая, а под ногтями часто скапливается грязь. Зато туманы эти руки заваривают самые густые.
