– Тогда надо убеждать этого глупого князя отказаться от недостойных поступков, используя Божье слово, – советовал митрополит. – Не годится владыке уклоняться от этого! Наступит время, и грешный князь одумается!
Однако епископ Арсений, не признававший князя Святослава, настолько разуверился в возможности как-то на него повлиять, что не прислушался к словам высшего священника.
Тогда сам митрополит Петр решил попытаться переубедить князя. Он не раз приходил в княжескую светлицу, благословлял Святослава Глебовича, убеждал его в необходимости примирения с братьями и изгнанным племянником, но всякий раз встречал молчаливый отказ.
Вот и теперь митрополит вел неторопливую беседу, пытаясь вызвать князя на откровенный разговор.
– Русские земли потому страдают от врагов, – говорил митрополит, – что нет дружбы и мира между русскими князьями. Разве не так?
– Так, святой отец, – кивал головой Святослав Глебович, зевая. – Русские князья враждуют между собой без надобности…
– Именно так, сын мой, без надобности! – улыбнулся митрополит. – Но Господь безжалостно за это карает! Неужели ты не хотел бы иметь светлую жизнь после смерти?
– Хотел бы, святой отец, – кивнул головой Святослав Можайский, – но не все у меня получается!
– Зачем тебе, сын мой, этот Брянск? – вдруг спросил митрополит. – Это же – город твоего племянника Василия!
– А теперь мой, святой отец! – сказал, дерзко глядя в глаза митрополита, князь Святослав. – Я никогда не верну ему этот город!
– Опомнись, сын мой! – попытался его увещевать митрополит. – Это же – великий грех! Покайся! Неужели ты не веришь в Господа? Ведь Господь все видит и сурово тебя накажет!
В это время открылась дверь, и в светлицу вбежал княжеский слуга: низенький веснушчатый паренек. – Батюшка князь! – вскрикнул он. – К тебе пришел посланник!
– Впусти, – распорядился князь.
В светлицу гордой походкой вошел рослый карачевский дружинник.
– Здравствуй, княже! – сказал он, поясно поклонившись и, увидев митрополита, подставил обнаженную голову под благословение. – Слава тебе, святой отец!
– Господь благословит, – сказал митрополит, крестя голову воина.
– Ну, говори, с чем прибыл! – буркнул, подозрительно глядя на дружинника, князь Святослав. – Ты, видимо, из Смоленска?
– Неужели ты не помнишь меня, княже? – мрачно бросил дружинник. – Я же карачевский, дружинник княжича Василия!
– А, того беглеца, – задумчиво сказал Святослав. – Так чего тебе надо?
– Я пришел к тебе с вестью, княже, – спокойно сказал посланник, – от Василия Александрыча, его брата Василия Святославича и великого татарского воеводы Шигуши! Сюда идет несметное войско от самого ордынского царя! Железные полки стоят в чистом поле…Готовься же, князь, к жестокой битве! Но, если не хочешь кровопролития, оставь Брянск и быстрей уезжай к себе в Можайск!
– Вот она, сын мой, Божья кара! – вскричал митрополит. – Я же тебе говорил!
Князь Святослав поморщился, покраснел и опустил голову. – Неужели там несметное войско? – подумал он, но тут же успокоился. – Где возьмет мой племянник большие силы? Если и есть у него тысяча, то пусть и этому радуется…Мне нечего бояться!
– Говоришь, у него несметное войско? – усмехнулся он. – Что ж, посмотрим! Иди же к своему князю и скажи им всем, особенно моему непутевому племяннику Василию, чтобы готовились к сражению: я иду на них со всем войском! Берегитесь!
– Поделись же, сын мой, княжеством с Василием Брянским, – сказал, вставая, митрополит, как только посланец Василия Карачевского удалился, – или беги из города!
– Брянцы не отпускают меня, святой отец, – усмехнулся князь Святослав. – Они готовы умереть за меня! Вот пойдем на врагов и одержим блестящую победу! – И князь Святослав вышел во двор отдавать распоряжения и готовиться к немедленной битве.
Князь Василий Брянский тем временем сидел верхом на коне рядом с татарским темником и карачевским князем Василием. Они спокойно обсуждали возможную битву и высказывали свои предложения, как лучше одолеть врага.
– Надо бы окружить этого Святослава, – говорил Шигуши. – Я думаю, что у него небольшое войско!
– Еще неизвестно, – с сомнением пробормотал брянский князь. – Надо бы подготовить засаду!
– Зачем? – усмехнулся княжич Василий Карачевский. – Ударим им прямо в лоб! Они не выдержат и побегут. А мы, устроив погоню, со славой ворвемся в твой город!
В это время со стороны Брянска донесся цокот конских копыт, постепенно усиливавшийся.
– Вот оно, войско Святослава! – сказал, вздрогнув, Василий Брянский. – Немало воинов!
– А что ждать?! – вскричал Шигуши, вставая в стремени. – Эй, мои верные воины! Во славу нашего великого хана! Вперед!
– Куда же ты?! – только и успел вскричать брянский князь.
Татарская конница, повинуясь знаку и голосу своего полководца, стремительно помчалась на врага. Брянские полки, вышедшие из-за березовой рощи и ведомые князем Святославом, были внезапно атакованы со всех сторон.
– Слава князю Святославу! – закричали преданные ему можайские дружинники и смело кинулись на врага.
– Слава Брянску! – заорал Святослав Глебович, выхватывая свой большой, сверкнувший на солнце, меч.
