Остался один подкоп. Почти десять дней копали смоленские воины твердый грунт, но и здесь, наткнувшись на камни, остановились…
Вот и стоял князь Александр, не зная, что предпринять, и лихорадочно думал, не находя ответа.
– А если, брат, отвести от города воду? – спросил вдруг его князь Роман Глебович. – Тогда мы без труда возьмем мятежный город!
– Это хорошая мысль! – нарушил молчание хмурый князь Александр. – Но где же проходит водяная жила? Вот если бы ее найти…
– Уже нашли, брат! – весело сказал князь Роман. – Там, в камне, возле подкопа! Когда наши люди стали бить железом в камень, окоп наполнился водой. Значит, там и есть эта жила!
– Тогда пусть они отведут всю воду от города, – молвил, повеселев, князь Александр, – но так, чтобы сами не провалились в том подкопе…
Положение горожан значительно ухудшилось, когда они лишились воды.
Из города уже не слышались веселые крики и песни, молчали и сидевшие на стенах защитники, мрачно глядя вниз на скакавших туда-сюда воинов смоленского князя.
– Вот какое зло мы им причинили! – радовался князь Александр, глядя на город. – А завтра пойдет на приступ к городу…Пора бы уже с ним покончить!
Утром, едва только взошло солнце, войско великого смоленского князя пошло на последний, решительный штурм.
Пешие воины быстро построились впереди в три ряда, держа над головами на вытянутых руках лестницы. За ними стояли всадники, рассчитывавшие на открытие городских ворот и стремительный вход в город.
Князь Александр с братом Романом стояли сзади своего воинства и наблюдали за действиями бойцов. Сыновья Александра Иван и Мстислав беседовали между собой неподалеку от отца, а сын князя Романа Дмитрий сидел на бревне рядом с ними и с интересом наблюдал за происходившим. Кони князей и их сыновей стояли неподалеку, удерживаемые слугами и готовые к бою.
– Вперед, на город, мои воины! – вскричал князь Александр, выхватив из ножен меч. – Слава Смоленску!
– Слава Смоленску! – заорали бойцы и быстро пошли вперед.
Вдруг неожиданно из-за спины князя Александра, едва его не задев, вылетела длинная оперенная, зеленого цвета, стрела и ударила прямо в щит княжича Мстислава.
– Батюшка, сзади – враги! – закричал юный Мстислав. – Спасайтесь!
Князь едва услышал крик сына из-за шума наступавшего войска и повернулся в сторону неведомого врага скорее случайно, глядя с улыбкой на недалекий лес. – Там враги, брат! – прохрипел он, изменившись в лице от увиденного. – Уже недалеко! Труби же отбой! Надо защищаться!
– Бей врагов, батюшка! Слава Смоленску! – крикнул вдруг юный Мстислав, вскакивая на коня и направляясь стремительным галопом на скачущих из-за леса многочисленных всадников.
– Куда же ты, Мстислав?! – только и успел крикнуть князь Александр, вскакивая в седло и устремляясь за своим сыном.
Протяжный звук рога, из которого подул князь Роман, быстро остановил смоленское войско. Всадники резко развернулись и поскакали вслед за своим великим князем. За ними ринулись пехотинцы, бросившие свои лестницы и вытащившие сверкавшие на солнце мечи.
– На врагов, мои славные воины! – вскричал князь Роман, вскакивая на коня и погоняя его в сторону стремительно удалявшейся конницы. За ним поскакали молодые князья Иван и Дмитрий.
Князь Александр в это время быстро приближался к вражеской коннице. – Эхма, только бы успеть! – думал лихорадочно он, видя спину скакавшего в отдалении сына. – И зачем мой несчастный сын рванулся в эту битву?
Княжич Мстислав между тем ворвался в самую гущу вражеских всадников и как бы растворился среди них.
– Неужели убит?! – буквально взвыл, поднимая своего коня на дыбы, князь Александр. – Только не это несчастье!
В это время его догнали собственные конники.
– Рубите же, мои воины! – закричал, не помня себя, Александр Глебович. – За моего сына Мстислава!
– За Мстислава! – заорали смоленские всадники. – Бей врагов!
Но силы князя Андрея Вяземского были велики. Да и сам он хорошо подготовился к внезапному бою. Удар его конницы был страшен: в одно мгновение вяземцы пробили брешь в нестройном, неготовом к коварному удару войске смолян, а затем стали угрожать его левому флангу, пытаясь выйти в тыл.
В это время подошли смоленские пехотинцы, и, выставив перед собой длинные копья, остановили прорыв вяземской конницы. Завязалась жестокая сеча.
Князь Александр, разъяренный потерей сына и коварством врага, забыв об опасности, кинулся вперед, размахивая своим тяжелым мечом направо и налево. Узнав Андрея Вяземского, руководившего своим войском, он еще больше ожесточился. – Ах ты, убийца, ну, погоди! – закричал он, пытаясь пробиться к обидчику.
– Так ты еще грозить! – вскипел багровый от ярости князь Андрей, быстро вытаскивая из-за спины свой большой черный лук и налаживая стрелу. – Получай!
– У – у – у! – взвыл князь Александр, ощутив тяжелый удар в голову и падая на землю: стрела, ударив в железный шлем и скользнув вниз, вонзилась ему в бедро.
– Смерть врагам! – вскричал князь Роман, видя падение старшего брата. – За князя Александра, воины! Слава Смоленску!
