– Леди Би! Это я виноват, клянусь. Моя сестра просила вчера занести деньги в пекарню, а я забыл. Приношу свои извинения.
Бьянка взяла чек и стала рассматривать его.
– Чек, Райли? Он настоящий? Если с ним будут проблемы, то я умываю руки. Вам здесь нужно навести порядок в головах.
– Все хорошо, Леди Би.
Она скривила лицо и вышла через кухонную дверь. Линус посмотрила в упор на Райли.
– Снова, Райли? Опять?
– Это не то, что ты думаешь, Линус. Так что почему бы тебе не вернуться к работе?
Линус с гордым видом направилась в переднюю часть зала. Райли прошел мимо меня, не произнося ни слова.
Я слушала мрачное бульканье фритюрницы, жужжание гриля, колыхание взад-вперед посуды в посудомоечной машине, и не могла понять, что происходит. Куда делись наличные, которые Райли должен был отдать этой женщине? Что имела в виду Линус, говоря «снова»?
Затем я поняла, что слышу легко узнаваемый звук задыхающегося человека и быстрый толчок рвоты. Я обернулась.
Райли прикрывал рот рукой. Он наклонился над мусорным ведром около гриля, с подбородка капала жидкость.
Я быстро передала ему полотенце и закрыла нос рукой. Запах был отвратительный.
Райли вытер подбородок и шею, бросил полотенце в ведро и открыл холодильник, загораживая свое лицо. Когда дверца закрылась, он большими глотками пил пиво из банки. Потом поставил пиво обратно, его грудная клетка вздымалась. Лицо приобрело свой обычный цвет, краска розовой рекой разливалась по щекам.
На улице мне приходилось видеть пожилых людей, мужчин и женщин, которые вели себя подобным образом. Они беспробудно пили до тех пор, пока их тела не пропитывались вонью выдержанного вина, пива, блевотины. На следующее утро единственное, что помогало им избавиться от дрожи в руках и тошноты желчью и фрагментами супа, который выдавали на кухне, – это выпить еще. Эван называл это «белочкой». «Эта проклятая мерзкая гадость», – говорил он, качая головой.
Райли приложил палец к губам, и я увидела крошечные красные порезы от его поварского ножа. Я поняла, что он порезался, поскольку у него сильно дрожали руки.
– Шшш, – прошептал он. Потом слегка подтолкнул мусорное ведро в мою сторону. Я посмотрела на Линус, которая рассчитывала кого-то на кассе. Она просила меня сообщать ей, если что-нибудь подобное произойдет.
Райли умоляюще посмотрел на меня. Я не знала, что делать.
А потом в голове вспыхнула эсэмэска от Эллис: «Очнь бльно. Ты никогда не гврила, что настолько больно. Невыносимо». От стыда у меня сжался желудок. Я не помогла ей и потеряла ее…
Я быстро достала пакет из мусорного ведра, завязала его и вынесла в мусорный бак. В конце концов, Райли помог мне получить эту работу.
Позднее, когда моя смена закончилась и я была почти уже у москитной двери, появился Райли с коричневым бумажным пакетом в руках.
– Перепутал заказ. Бон аппети.
Я помедлила перед тем, как взять его. В этом случае я автоматически соглашалась бы хранить безобразия Райли в секрете. Но я не была уверена, что хочу этого.
Однако чувство голода стучалось в желудок и победило. Мне так надоел зачерствевший хлеб и арахисовое масло… И как только я пришла домой, я набросилась на еду: бейгеле с зеленым перцем чили, взбитым тофу и швейцарским сыром и надломанное овсяное печенье с изюмом в оберточной бумаге.
В библиотеке оказалось почти пусто, поэтому у меня было много времени за компьютером. Каспер наконец прислала письмо.
«Дорогая Чарли!
Извини, что так долго не отвечала на твое последнее сообщение, и мне жаль, что ты испытываешь беспокойство. Тем не менее я должна прояснить кое-что: официально я больше не являюсь твоим врачом, поэтому мне нужно быть очень осторожной, когда я тебе советую что-то или высказываю свое мнение. У меня к тому же есть другие пациенты, нуждающиеся в помощи, поэтому иногда я не могу отвечать тебе так быстро, как хотелось бы. Я надеюсь, что ты это тоже понимаешь. Я нашла кое-какую информацию для тебя в Тусоне, которая может помочь. Она в конце письма.
Чарли, самое важное, что ты должна делать, – это постоянно чем-то себя занимать и все время отдавать себе отчет в своих действиях. Например: не пить, это правило ты нарушила. Ты пила еще с тех пор, как написала мне то сообщение? У тебя есть еще кто-то, наподобие твоего друга, с кем ты можешь поговорить? Тебе крайне важно следовать этим правилам каждый день, чтобы оставаться трезвой и в безопасности. Тебе предстоит тяжелый путь, Чарли, и в большей степени от тебя зависит, как ты его преодолеешь. Когда ты была ребенком, тебе дали слишком скудный эмоциональный запас, и до сегодняшнего момента ты жила, пряча свои чувства, пока они попросту не стали такими сильными, что ты не смогла больше их контролировать. Делай дыхательные упражнения, больше гуляй, рисуй. Относись к себе с добротой.
Доктор Стинсон».
